Тонкие линии объединяли всё новые и новые точки, создавая план, который отпечатывался в его сознании. Чернильные штрихи, обозначающие взаимосвязи. Тонкий чёрный скелет.
Но куда вписать Рейгара? Где его место?
Роберт нервно рассмеялся, борясь с желанием швырнуть пергамент в огонь. Дым. Быть может, все эти связи и планы - не более чем дым. Дым, а не чернила. Трудно разглядеть и невозможно ухватить. Не в том ли проблема? Глобальная проблема, касающаяся всего на свете?
«Лианна, - с болью ударила его эта мысль. - Всё начиналось ради неё».
Мысль о наречённой заставила Баратеона подняться на ноги. Он покачнулся, а потом наклонился за сумкой. Снова задумался, не бросить ли схему в костёр, но не стал - у него был богатый опыт совершённых спьяну ошибок - и положил пергамент к прочим вещам.
Выпив ещё полкубка, Роберт снял свои изукрашенные богатые одежды, нацепив самые простые. Он снял и элементы доспехов, оставив на поясе лишь простенький кинжал. Молот, разумеется, также остался в палатке. После чего, со флягой полной вина в руке, вышел из своего богатого шатра и отправился во тьму собственного лагеря.
«Двадцать тысяч мечей! Разве не найдёт здесь развлечений самый обычный солдат?» - пьяно хохотнул он.
Мужчина не хотел вновь просиживать в своём шатре и сидеть с давно знакомыми людьми. Этими напыщенными лордами, ничего не смыслящими в настоящем веселье. Даже его лучший друг, почти брат, Эддард Старк, был лишён этой авантюрной жилки. Роберт хотел окунуться в простой, как палка, быт его солдат. Забыться в их радости от сегодняшних побед, напиться вдрызг, трахнув парочку шлюх и лишь завтра, приведя себя в порядок, вновь сосредоточиться на остальных проблемах.
- Отдых, - негромко пробормотал он, - мне необходимо расслабиться...
А почему бы и нет? Всё равно Лианну уже не вернуть.
Кулаки непроизвольно сжались, но силой воли Роберт заставил себя успокоиться и не думать об этом. Он не желал представлять, как Рейгар насилует его невесту, как издевается над ней и...
Здоровяк махнул головой и сосредоточился лишь на том, что видят его глаза.
Когда солнце село за горы, называемые «Дорнийские Марки», каждый костёр превратился в круг света, а весь лагерь - в чёрную ткань с рассыпанными по ней золотыми монетами.
Они обосновались у холмов, прямо под стенами замка, неподалёку от воды. Таким образом получалось, что Роберт спускался вниз, всё ниже и ниже... словно в чертоги самого Неведомого.
Мужчина сделал глубокий глоток из фляжки и крепкое вино потекло по его пищеводу. Баратеон шёл и спотыкался, исследуя артерии тёмных проходов между шатрами. Много кто попадался ему на пути: пьянствующие компании; солдаты, бродящие в поисках отхожего места; слуги, спешащие с поручениями; и даже апостол «Небесного Клинка», который громко зачитывал какую-то проповедь. Роберт прислушался.
- Ещё недавно мы знали этот мир лишь таким, каким он описан в историях и книгах - клоакой, раздираемой гиенами, что делят народы границами, травят их поборами и ложью, твердят о своей власти и могуществе. Но за спинами этих рабов, мнящих себя господами, видна чужая длань - угроза куда более страшная, чем горстка самодовольных глупцов. Твари, что нет древнее на Планетосе, обитатели непроглядных глубин, знающие прошлое и будущее, правят государствами из-под полога тайны. Асшайские нелюди и незримые интриганы ведут народы по пути, с которого мы не в силах свернуть и финалу который известен лишь нашим истинным господам. Тот, кто твердит, что знаки, указывающие на тайный заговор, случайны, и не видит, как мириады совпадений сплетаются в великую сеть, просто глуп - или уже покорился своей рабской судьбе, приняв своих глубинных господ и присягнув им на службу!
- Тьфу ты, - сплюнул Баратеон, - несвязные бредни...
Время от времени мужчина замедлял шаг, смотрел на грубые лица людей, теснящихся у каждого костра, смеялся над их ужимками или размышлял над хмурыми взглядами. Он смотрел, как они пыжатся и расхаживают взад-вперед, как бьют себя в грудь и похваляются друг перед другом сегодняшними подвигами. Скоро они вновь обрушатся на его врагов. Скоро они сойдутся с такими же людьми, чья вина была лишь в том, что проживали в другом регионе.
- Так угодно моему Богу! - взревел какой-то здоровяк со Ступеней, демонстрируя голый торс. - Все мои жертвы и всех убитых я посвящаю тебе, «Небесный Клинок»! Дай мне силы стать столь же могучим и свирепым, видеть своих врагов до того, как они покажутся мне на глаза!
Время от времени Баратеон останавливался и вглядывался в темноту за спиной. Новая привычка, выработавшаяся из-за нескольких неудачных покушений. За его головой охотились не только лорды. Были там и предприимчивые рыцари и даже простые солдаты. Но оглядывался он скорее на автомате, чем из-за реального беспокойства. В таком виде его было трудно узнать.
