Через некоторое время Роберт устал и почти протрезвел. Мужчина надеялся, что счастливый случай или даже сама судьба приведёт его к маркитанткам, путешествующим вместе с армией - в конце концов, судьбу тоже частенько называют шлюхой. Но она, как обычно, подвела - вот продажная дрянь!
Роберт понял, что остаётся надеяться лишь на себя, а потому открыто стал спрашивать дорогу, подходя к кострам. Чтобы исключить малейший факт узнавания, ему пришлось натянуть капюшон.
- Это ты зря, приятель, - сказал ему на одной из стоянок уже немолодой мужчина, у которого не хватало передних зубов. - Сейчас гон только у мулов. У быков и у мулов.
- Это хорошо, - ухмыльнулся Баратеон, ухватившись за свой пах. - По крайней мере, размеры подходящие!
Старик и его товарищи расхохотались. Роберт поддержал смех и приложился к бурдюку с вином.
- Ну, тогда иди туда, - крикнул какой-то остряк, указывая в темноту. - Надеюсь, у твоей задницы глубокие карманы!
Баратеон поперхнулся, да так, что вино пошло носом, и несколько мгновений стоял, пытаясь откашляться. Это так всех развеселило, что ему даже предложили место у костра. Лорд Штормовых земель немного подумал, а потом снял капюшон и сел рядом. Всё-таки каков был шанс, что его узнают? Не зря же он надел простые одежды, без гербов и даже намёков на своё положение. А даже если кто-то найдёт похожие черты, то всегда можно перевести разговор в шутку.
Роберт был привычен к обществу солдат и низкородных рыцарей, так что некоторое время наслаждался компанией, вином и собственной безымянностью. Но когда расспросы сделались слишком дотошными, Баратеон поблагодарил людей и продолжил путь.
Привлечённый барабанным боем, он пересёк пустынную часть лагеря и очутился в районе, где обосновались лагерные проститутки. Там Роберт на каждом шагу то натыкался на чье-то плечо, то вжимался в чью-то спину. Кое-где ему приходилось в темноте проталкиваться через толпу, где лишь головы, плечи да лица белели в тусклом свете луны. В других местах в землю были воткнуты факелы и вокруг них устроились где музыканты, а где торговцы. Иногда попадались наскоро организованные уличные бордели, обнесённые кожаными загородками. Некоторые проходы даже похвалялись настоящими алхимическими свечами.
Лорд Штормового Предела остановился, чтобы поглазеть на бродячего актёра, запустившего кожаную верёвку в корзину со скорпионами. Когда он вытащил верёвку обратно, та ощетинилась хитиновыми конечностями, клешнями и заострёнными хвостами. Это, как заявил актёр, и есть та самая «Скорпионова Коса», которую в далёком Иббене, до сих пор используют для кары за самые тяжкие преступления. Когда зрители, которым не терпелось взглянуть на диковинку поближе, окружили его, актёр поднял «Косу» повыше, чтобы всем было видно, а потом внезапно начал размахивать ею над головами. Женщины завизжали, мужчины втянули головы в плечи или закрыли их руками, но ни один скорпион не слетел с верёвки. Она, как во всеуслышание заявил актёр, была пропитана ядом, склеившим челюсти скорпионов. Если не дать им противоядия, они так и будут оставаться на верёвке, пока не умрут.
- Чего только не узнаешь, - покачал головой Роберт и пошёл дальше.
Мужчина видел молодых ребят, призванных их лордами - сущих мальчишек, которых рвало от излишка выпитого. Он видел десятилетних девочек, которые вели крепко сбитых воинов в шатры. Он даже заметил жеманного паренька с изрядным слоем дешёвой алхимической косметики и краски на лице, который смотрел на проходящих мужчин с боязливым обещанием. Роберт видел палатки ремесленников и несколько импровизированных кузней. За развевающимися занавесями курили гашиш и миррский лотос, а на некотором расстоянии от них виднелись люди, которые двигались так, словно их дёргали за верёвочки — эти уже получили свою долю удовольствия.
Баратеон мысленно усмехнулся, но абсолютно не удивился увиденному. Типичный лагерь, как он есть. Здесь веселятся, как в последний день, ведь он действительно может быть последним. В то время, как лорды строят свои планы, культурно просиживая за картами, их солдаты отдыхают душой и телом, чтобы на следующий день выпустить кишки врагов или лечь на землю, в попытках это осуществить.
Отбирать их развлечения? Да кто он такой, чтобы это делать?! Присоединится, разве что.
Штормовой лорд прошёл мимо позолоченных шатров, служащих переносными храмами: Семерых богов, Старых богов, «Небесного Клинка», даже малопонятного Владыки Света, про которого, последнее время, ходили досужие сплетни. Якобы, все его жрецы внезапно умерли. Но, судя по всему, не все, раз какие-то люди, одетые в красные плащи, продолжают кого-то восхвалять и что-то жечь на кострах.
Баратеон отмахивался от вездесущих нищих и смеялся над их мнимыми угрозами о каре богов. Нет, он уже решил, что сам делает свою судьбу! Аналогично уходил он и от септонов со жрецами, которые призывали молиться и каяться. Этого ещё ему не хватало!
