- Леди Элия Таргариен и её дети: Рейнис и Эйгон, были отпущены в Дорн, незадолго до начала нашей битвы, - произношу я для всех присутствующих, - спасибо Демей, это были ценные сведения.
Он ещё раз поклонился и покинул шатёр. Иди-иди...
- Ну и что? - фыркнул Аррен, - это уже ничего не даёт нам, кроме того факта, что Доран может и не отпустить их обратно.
- И тем самым решит продолжить войну? - улыбаюсь я, - один, против всех остальных? Нет, он сделает то, что ему будет приказано. Но при этом может затаить обиду.
- Они в любом случае затаят обиду, - по-стариковски проворчал он, - хотя бы за то, что мы разбили их десятитысячный корпус, входящий в войска Таргариена. Но с этим можно работать. Хорошо, Моустас, признаю, что сведения оказались интересными. Теперь мы можем продолжить обсуждать штурм Королевской Гавани дальше?
Старая мразь. У меня уже руки чешутся организовать тебе несчастный случай.
Под вечер сходил навестить раненых. Обстановка в лазарете для меня, пережившего не один десяток кровопролитных боёв, давно уже была привычной, но от этого она не становилась более позитивной. Это место было ужасным и неподготовленный человек попросту имеет шансы поехать крышей, проведя здесь хотя бы пару часов.
Постоянные крики боли, мольбы, просьбы «просто убить», а не мучить и всё в таком же духе. Запахи испражнений под себя от лежачих больных, за которыми просто не успевали ухаживать. Многочисленные потные и окровавленные тела, замученные хирурги и целые груды мёртвого и уже гниющего мяса.
Вот где нужно снимать фильмы ужасов.
Пообщавшись с курирующим этот походный лазарет мейстером, получил достаточно печальную статистику: около пяти тысяч раненых, которые всё ещё были живы. Последнее — важное уточнение, ибо раненых у нас было почти в два раза больше. Ключевое слово - «было». Остальные уже умерли. Эти ещё держатся.
- Половина умрёт до конца недели, - мужчина что-то подсчитал на пальцах, - а там нужно будет смотреть. Но думаю, что если новых сражений, как поговаривают, не намечается, то можно оставить их здесь, с уходом, недели на две, хотя бы. А потом за нами бы заехали, - он с надеждой посмотрел на меня.
Качаю головой.
- Намечается штурм столицы. И хоть стражи у неё ожидается мало, это самый большой город Вестероса. У нас точно будут потери, так что твоя помощь будет нужна, как и госпиталь.
Прикинув по времени, продолжаю:
- Завтра мы ещё точно останемся здесь. Нужно закончить с мертвецами и дождаться возвращения разведки. Но послезавтра готовьтесь уходить. Тяжелораненых мы, конечно, оставим здесь, но пригляд за ними будет минимальный. Сам реши, кого выделить на это. Легкораненые и все ходячие пойдут с нами.
- Я понял вас, «Небесный Клинок», - поклонился мне пожилой мужчина.
В другой миг я мог бы и попробовать их исцелить, получая новые искры веры, но в своём положении я рад хотя бы ходьбе без хромоты, увы, но пока что до этого ещё не дошёл. Хех... к тому же, я всё ещё ощущаю боль, но на таком, как мне сейчас кажется, слабом уровне...
Под вечер осознал, что не таком уж и слабом, но эйфория от возможности хотя бы что-то делать самому перекрыла негативные ощущения. Вот только за день ноющая боль смогла накопиться и пробить мнимый щит довольства.
Человек — такая тварь, что ему всегда мало.
Под вечер я с трудом сдерживал болезненный стон от каждого своего шага. Левой-правой, левой-правой... Если бы не Ротбар и Бернард, мои верные рыцари, заменившие, - надеюсь временно! - мне ноги и руки, то мог бы и до палатки своей не доползти.
Здесь я устало плюхнулся на задницу, но горячая ванна и милые девушки, которые помогли в омовении смогли придать присутствие духа. Ничего ещё не потеряно! Я верну свои силы и жизнь в этот кусок мяса, который играет роль моего тела! Верну и стану лишь сильнее!
Этой ночью я снова продолжил восстанавливать источник, но был грубо разбужен прямо в середине процесса. Собаки позорные, без меня и пары часов прожить не можете?!
- «Небесный Клинок»! - стражник чуть ли не ворвался в палатку, - лорда Баратеона убили!
***
Роберт Баратеон, взгляд со стороны
- Они празднуют, радуясь победе и тому, что выжили в такой сече, - сказал Русе Болтон, ведя Баратеона через толпу пьяных северян.
«Северные варвары» предпочитали кожаные, украшенные примитивными изображениями животных палатки с треугольной крышей и тяжёлыми деревянными рамами. Поскольку растяжки для таких палаток не требовались, их ставили вплотную друг к другу, вокруг центрального костра.
Болтон провёл Роберта через несколько таких кругов, вынужденный поддерживать бесконечный разговор «ни о чём», который так любил Штормовой лорд. Заодно здоровяк расспрашивал своего тихого сопровождающего об особенностях, традициях и обычаях северян. Кое-что он, конечно же, уже знал от Нэда, но тот покинул Север в слишком малом возрасте и о многом не ведал и сам.
