Хроники былого и грядущего полностью

Седьмого дня коровы все порченым овсом потравились, треть стада выходили, а остальные издохли. Пекарь наш, по хмельной дурости, решил в пищу мясо их попробовать, да от заворота кишок помер в муках.

На Шутовском Броде мастерскую новую поставили, выше по ручью, так стали сливать туда какую-то гадость, отчего на ручей хворь напала: от воды тухлым яйцом воняет, скотина ту воду не пьёт. А в ближний колодец, на перекрёстке, какой-то душегуб туши дохлых псов накидал и мы его закопали. Так и гибнет оставшийся скот, от жажды. Не иначе, специально нам пакостят, как могут. Потому что неспроста всё происходит. Душат нас, лорд Уиллам.

И людишки в лесу, заповедном вашем, Уилламском, пропадают. Лесорубы видели, патруль конный будто бы проезжал, спешивались, бродили по округам.

Подходить наши побоялись, издалека смотрели. На разбойников не похожи, но Семеро лишь ведают, кто это и что там забыли. Может дезертиры, а может налёт от соседей. Но быстро разузнали, что лагерь там у них. Прячутся вестимо. Может от службы бегут, чтобы на Ступени не сослали, а может и сами бандитствовать захотели.

Наверняка они слугу вашего пропащего и перехватили, подати забрали, да замучили его там же. А вы с нас спрашиваете, будто бы подозреваете в чём. Будто бы мы можем честного человека разбойно убить и обобрать. Обидно, господин Уиллам. Не трогали мы вашего слугу, а если бы и тронули, так он всё равно дерьмо человек был, надменный и злой. А нам жрать и пить нечего, и людишки пропадают.

Вот вы бы, вместо того, чтобы в столице сидеть и при дворе служить, лучше бы вернулись домой и нас сберегли, и еды бы привезли, раз у вас, как господина, золото водится. Потому как, кроме вас, защитить нас некому. Городские только рекрутов и провизию на войну забирают, на иное ихних полномочий нет. Парней, которых они забирают, провожают всей деревней, как на погост. Потому как пока ни один в родное поселение не вернулся. Погибаем.

Так что по-правде говорю вам, лорд Уиллам - нельзя так больше жить, но и умирать в таком паскудстве мы не можем. Потому сговорились мы с соседями на новолуние жечь лес ваш, заповедный, Уилламский, в котором разбойники завелись. Окружим, запалим кольцом и выкурим всех, кто по наши души явился.

И не страшно нам, что этот лес - заповедный, и в вашем владении, и дичь там стрелять нельзя никому, и ходить туда нельзя, и рубить дрова там нельзя, и вы, конечно, очень злы будете, что мы ваш лес фамильный жжём. Потому как мы и так уже, и дрова рубим, и дичь стреляем, ибо жрать нам нечего и обогреться нечем.

И людишек наших таскать лесной братии разбойной не позволим. Если хотите - так приезжайте и казните меня, всех нас казните, а только мы терпеть более не будем, вот так!

С низким поклоном, управляющий деревни Виксолы, господину лорду Уилламу».

Что это значит? Херово положение на Речных землях, вот что это значит. Хорошо... для нас. А Ступени... мы проиграли.

Точнее... победой это точно назвать было нельзя. Мастер над законом, Олов Линдерли, держал своих рыцарей до последнего, пока армия Бракена не была практически полностью обескровлена. И лишь тогда, когда жалкие горстки оставались на улицах штурмуемого города, пошёл в наступление, добивая Слотстер и захватывая его, ценой практически всех остатков.

Но даже это не слишком помогло, ведь его владыка - Риштерд Френес, вместе с наёмниками и частью своих людей попросту сбежал по морю. Нашей армии достались разбитые стены и догорающие остовы. Да, они заставили врага отступить, при этом лишившись всей армии.

Всё! Войск, можно считать, попросту не было. Осталась лишь очередная отметка в канцелярии Королевской Гавани, напротив десятков и сотен фамилий лордов и маленькая приписка внизу, с общим количеством погибших солдат.

Это происшествие оказалось частью интриги, ради которой тормозились подкрепления и искусственно ухудшалось положение армии на фронте. На волне негатива лордов от провальной войны, факт «переворота» должен был получить большую поддержку. Когда же новый Малый совет, заполучивший абсолютную власть, отменил бы завышенные пошлины и налоги, то на них и вовсе стали бы молиться.

В принципе, план был не лишён смысла, являлся достаточно простым и вполне мог сработать. А главное - династия Таргариенов бы не прервалась, ведь оставалось аж двое живых представителей.

Но не получилось. Рейлла осталась верна своему мужу. Ублюдок явно не заслужил такой супруги. Сам король, узнав подробности, долгое время ходил, как в воду опущенный. Не смотря на все его старания, проглядел заговор! Да причём не ожидаемый, от Тайвина, а от казалось бы верных соратников!

Это даже вызвало небольшое потепление отношений между королём и десницей, но не вернуло прежней дружбы.

Тем временем, оставшиеся на Ступенях остатки войск были отозваны в Дорн, на ближайших кораблях, а об островах все забыли. Не до них стало Эйрису, ой не до них. Тайвин же изначально был против этой войны, так что, можно сказать, свою независимость регион отстоял. Пусть и с «помощью» Малого совета.