Мейпл опустил взгляд, задумавшись.
– Думаешь, у нас так много времени?! – обратился к нему Мо.
Губа мужчины непроизвольно дернулась от отвращения. Последний раз взглянув в глаза Гринфайеру и получив от него утвердительный кивок, Николас шагнул к ним навстречу, слегка касаясь запястья друга. Когда он отступил, парочка тут же растворилась.
– Вот же сукин сын! – все еще бесновалась Леруа, хватаясь за голову и невольно растрепывая волосы. – Я убью его!
– Что, черт побери, мы должны делать, Ник? – Элеонора вела себя куда спокойнее, чем ее спутница, но глаза ее сверкали сиреневыми оттенками.
– Мне нужно найти Бена, – устало рассудил мужчина, держась за переносицу.
– Да, ты прав, – возлюбленная протянула ему руку.
– Нет, вы остаетесь, – безразлично бросил Николас. – Можете доложить об этом Мэгги.
– Ты издеваешься?! – вновь завелась Антуанетта. – Как я буду смотреть его детям в глаза, если с ним что-то случится?!
– С ним ничего не случится, – строго промолвил ее соулмейт, а затем кивнул в сторону пепельноволосой, – Нора.
– Я все поняла, – нехотя ответила женщина.
В следующее мгновение глава комитета испарился. Его соулмейт обескуражено хлопала глазами, все еще будучи вне себя от злости. Элеонора безмолвно открыла искрящийся проем и потянула за собой подругу.
Мари проснулась от настойчивых солнечных лучей, ласкавших ее лицо. Соня одолжила ей какую-то донельзя откровенную ночнушку, а сама отключилась в домашнем – сейчас она лежала напротив подруги и слегка посапывала. Конечно, ведь ей лучи били в затылок, а не в глаза.
Мейпл приподнялась и почесала голову, вороша свои до неудобства длинные волосы – правда, иногда казалось удивительным, как она справлялась с такой копной. Девушка потянулась к линку в надежде увидеть там новое входящее сообщение. Ничего не было. Она угрюмо вздохнула. И с чего вдруг она взяла, что он ей напишет?
– От кого ждешь звоночка?
Мари даже подскочила от неожиданности – голос Блум был спокойным и каким-то мурчащим, но почему-то девушка была уверена, что не услышит его еще как минимум пару часов. Обернувшись, Мейпл увидела, что Соня ехидно улыбается с полузакрытыми глазами.
– Почему ты не спишь? – колдунья выдернула из-под собеседницы покрывало и накрыла им свои оголенные ноги.
– А ты почему? – не унималась чаровница.
Мари бросила на нее негодующий взгляд.
– Нет, ну серьезно? – блондинка подперла голову рукой и потерла веки. – Ты с вечера какая-то взвинченная…
– Это была ночь, – поправила ее подруга.
– Это как-то связано с… – аккуратно промолвила Блум, указывая на грудную клетку.
Мейпл мигом поняла, что собеседница имеет в виду кровь на рубашке:
– Нет, дело не в этом. Здесь все нормально, – девушка и сама не была уверена, что говорит правду.
– Тогда что? – любопытствовала Соня.
– Я не знаю, просто… – Мари не смотрела на подругу и выглядела какой-то измотанной, даже слегка потерянной.
Это несколько взволновало Блум:
– Ты пугаешь меня, – девушка присела, буравя взглядом свою спутницу. – Передо мной сидит Мари Амелия Мейпл – ей всегда есть, что сказать. Так говори.
Рыжая почувствовала, как ее задели эти слова. Она не понимала, почему. И не понимала, должно ли так быть.
– Это то, как ты меня видишь? – уточнила девушка.
– Что? – недоумевала Соня.
– Та, которая всегда выскажется, даже если следовало бы помолчать, – не унималась Мари. – Так ты меня видишь?
– Это не то, кем я тебя вижу, – чаровница выговаривала слова аккуратно, не хотела обидеть, – это то, кто ты есть.
Мейпл усмехнулась – ядовито, будто бы не хотела верить тому, что говорит собеседница. Поднялась с кровати и слегка отошла, чтобы быть подальше:
– Это неправда.
– Малышка, – Блум снисходительно взглянула на подругу, приближаясь к краю постели, – ты буквально всегда выглядишь недовольной. Словно тебе насолила сама вселенная, хотя ничего плохого не случилось. И говорить тебе не в тягость только с теми, кто по твоему мнению «чего-то стоит». И это определенно не наша компашка.
Мари стала заметно нервничать:
– У меня просто нет времени на пустые разговорчики, что в этом такого? – она попыталась скрестить руки на груди, но они не слушались.
– Что ж, не все из нас хотят быть великими умами человечества, но это не значит, что мы просто кучка неудачников. Почему ты такая осуждающая? – Соня улыбнулась, приподняв плечи.
– Я никого не осуждаю…
– Да неужели? – девушка ехидно вскинула бровь.
– Все, хватит! Я больше не хочу это обсуждать.
– Вопрос в другом, – чаровница и не думала останавливаться, – почему тебя это вдруг так взволновало? Именно сейчас. Что случилось?
– Ты просто невыносима, – раздраженно фыркнула Мари, направляясь к вешалке. – Где моя одежда?
– Ты никуда не пойдешь, – усмехнулась Блум, наблюдая за подругой.
– Посмотрим?
В это же мгновение дверь в комнату открылась – Кейт и Мэделин зашли внутрь в симпатичных пижамах, состоящих из штанов и маек на тонких бретелях. Они выглядели крайне любопытными – очевидно, спор девушек был слышен снаружи.
– Что за драку вы тут учудили? – Гринфайер закусила губу, шлепаясь на кровать.
