Однако сэр Хамбара Гаттон сжалился надо мной и все-таки вышел из дома по-человечески. Судя по выражению лица, стихи он хотел слушать не больше, чем я сам. Переодеться, кстати, так и не удосужился. Я даже засомневался – может быть, нынче в столице такая мода, а я, как последний дурак, проморгал? Дал себе слово непременно все разузнать; сэр Гаттон тем временем сел в новенький амобилер и укатил. Я подождал, пока он свернет за угол, одолел последний забор и начал штурм.
Я еще несколько лет назад был готов спорить, что при случае смогу забраться в эту грешную кривую башенку, и всякий раз, проходя мимо, невольно прикидывал, как это сподручнее проделать. Даже жаль, что так и не заключил пари – я бы его выиграл. Для человека, который залезать на верхнюю полку маминого кухонного шкафа научился раньше, чем ходить, задача оказалась проще некуда. Стены домов далеко не такие гладкие, как кажется, всегда найдется, за что зацепиться. А уж стены этого старого дома были словно бы специально созданы для приятного, неспешного, практически безопасного подъема наверх. Несколько минут спустя я уже разбирался с окном. Как я и предполагал, оно было закрыто на самую обычную задвижку, никаких заклинаний. Типичная ошибка всех владельцев высоких домов – увешивают охранными амулетами входные двери, педантично накладывают заклятия на окна первых этажей, зато наверху все, можно сказать, нараспашку, заходи, кто хочет. С задвижкой-то справиться плевое дело, пятая ступень Черной магии, и даже стекла бить не надо.
С момента моего давешнего визита в башенке ничего не изменилось. Там стояли старомодные комоды, забитые всякой диковинной фигней. В одном, это я знал точно, хранились кельди, в другом – охранные амулеты, приученные петь хором; будь я нормальным грабителем, пожалуй, заинтересовался бы содержимым остальных, но в моем положении гораздо разумнее было отправиться вниз и быстро-быстро осмотреть остальные комнаты – те из них, куда смогу войти.
Я, конечно, не особо рассчитывал обнаружить где-нибудь на видном месте мешки с куманскими благовониями. Даже предельно эксцентричные люди редко хранят подобные грузы у себя в спальне. К тому же товар понадобится еще очень не скоро – до Уандука на быстроходной шикке примерно пять дюжин дней пути и столько же обратно, будет странно, если леди Гетти объявится в Ехо раньше. Надеяться найти на кухонном столе документ с заголовком «Ужасающий план страшного заговора против Его Королевского Величества» тоже было бы не слишком разумно. Уж не знаю, на что рассчитывал сэр Джуффин, когда посылал меня пошарить в доме Хамбары Гаттона, но сам я считал, что единственный шанс на успех – это встретить леди Гетти и поговорить с нею с глазу на глаз.
Я представлял ситуацию так: конечно, к гостям она не выходит, прячется где-нибудь в дальней комнате. Но вряд ли сидит там все время – мало кому понравится такая жизнь. Наверное, именно поэтому мне пришлось так долго ждать под дверью: мой визит был неожиданным, и парочке понадобилось время, чтобы убрать из гостиной и коридора следы присутствия леди Гетти. Но теперь-то, когда дом опустел, она наверняка вышла из укрытия. Для сохранения тайны достаточно никому не отпирать дверь и, памятуя о существовании любопытных соседей, не зажигать свет, что в общем не проблема – все уроженцы Угуланда прекрасно видят в темноте, так что мы освещаем помещения скорее для создания уютной атмосферы, чем из практических соображений.
Однако ни в гостиной, ни на кухне, ни на веранде, выходящей в закрытый двор, леди Гетти Ейхелли не было. Ну, может, спать легла, подумал я, бывают такие люди, для которых день заканчивается на закате – да взять хотя бы моего старшего братца Бахбу. Я стал заглядывать во все комнаты подряд, благо заперты они не были, про себя повторяя начало заготовленной речи: «Леди Гетти, портовые нищие видели, как прятали вашу шикку, по городу поползли слухи, и я решил, что надо бы предупредить вас по старой дружбе, пока все еще можно исправить…»
Дрянная, честно говоря, заготовка. Сейчас-то мне за нее почти стыдно. Так что в общем даже хорошо, что мне так и не пришлось ничего говорить.
Леди Гетти я нашел в спальне на втором этаже. Очень долго, секунды полторы, стоял на пороге, так жалко было ее тревожить. Нет ничего хуже, чем скверные новости сразу после пробуждения. По правде сказать, я уже немного досадовал, что затеял всю эту кутерьму. Сырье для Королевских благовоний – это, конечно, очень важно, спору нет. Но Король, с которым мы, к слову сказать, не знакомы, сейчас небось веселится в своем летнем замке Анмокари, а леди Гетти – вот она, такая красивая, что сердце ноет, трогательная, как все спящие женщины, еще и улыбается во сне, как нарочно, чтобы я почувствовал себя совсем уж законченной сволочью.
Но чувства чувствами, а дело надо делать. Поэтому я вздохнул и негромко позвал:
– Леди Гетти! Мне очень нужно с вами поговорить.
