Леший. Надо выбираться от сюда. Он догадывается, по взгляду видно, что что-то его беспокоит, да пока в единую картину сложить не может свою головоломку. Знать бы, что ему известно…
Надо прийти в себя.
Надо.
За весь день ко мне заходили чуть ли не каждый час и каждый раз Сьен предусмотрительно запирал меня на замок, объясняя это тем, что чужим сюда вход воспрещен. Ну, или мне выход, что на мой взгляд более правдоподобно. Постепенно из чугунной голова превратилась в ватную, но руки-таки стали слушаться и перестали предательски дрожать от любого мышечного напряжения. Разминать конечности измеряя шагами комнату было утомительно. Все ящики, которые я нашла, тут же изучила на предмет надобности, но так ни чего толкового не обнаружила. Даже шпилек для волос нет, как ни как, но заколку в глаз можно при желании всадить.
Усевшись на против зеркала, я уставилась на свое больное отражение. Синяки на пол лица еще пол беды, а вот что делать с волосами, которые под действием той смеси теперь были больше похожи на мочалку, нежели что-то приличное? Цвет вернулся. Не привычно как-то. И когтей нет, как я буду царапать? Ужаснувшись своим мыслям, я тут же вернулась в кровать. Спланировать побег так и не удалось, за неимением информации предпринимать такие решительные действия опасно – выдам себя и пиши пропало. К тому же неизвестно где держат остальных… если здесь, то это хорошо. Шансов выжить больше.
Ближе к вечеру в комнату вбежали служанки, что-то затараторили и принялись меня одевать в то самое темно-синее платье, затягивая при этом корсет с непонятным мне остервенением. Взмолившись, я добилась таки снисходительности к своей персоне намекая на невозможность дышать полной грудью, а больным и полумертвым это жизненно необходимо, служанки сжалились и немного спустили натяжение. Дышать стало легче. По крайней мере я теперь могу совершать сей акт в полной мере, а не как тогда в карете…
Отметив, что платье, несмотря на свои габариты, было удобным для пробежки, и если что, то даже в нем можно драпануть со всех ног, я немного успокоилась. К тому же сил волноваться уже просто не хватало. Намудрив на волосах какое-то гнездо, я рассмеялась, растрепала лохмы, причесала их как следует и осталась довольна не смотря на старания девушек. Не люблю все эти дворцовые прически, и вообще пора бы уже и выйти из этой комнаты, не смотря на явную температуру и головокружение.
– Принцесса готова – отрапортовали служанки и тут же исчезли из покоев.
Сьен галантно подал мне руку. И позволил выйти из комнаты.
Мужчина был гладко выбрит, вымыт. Волосы раскинулись змейками по плечам и пахло от него явно дорогим парфюмом. И где только раздобыл за такое короткое время?
– кого ты ограбил, что можешь позволить себе все это? – спросила я полушутя, – а, Сьен? Или теперь господин Сьен?
– я никого не грабил. И дом этот принадлежит госпоже Велеской. С ней я тебя и познакомлю сейчас. Осторожней, тебе все еще плохо?
«нет! После трех дней явного бреда и температуры под сорок с небольшим я на четвертый день чувствую себя огурцом! Конечно мне плохо! Что за глупый вопрос?» в слух же ответила, что чувствую себя относительно нормально. И было это явной ложью.
Войдя в обеденный зал, моему взору предстала женщина, увидеть которую я ожидала меньше всего…
Эрр.
Длинные черные волосы каскадом локонов рассыпались по оголенным плечам, огромные черные как вороное перо, глаза пронзали насквозь своей холодностью и явным раздражением от всего происходящего. Судя по сдержанной улыбке (оскалу) мое присутствие ей явно поперек горла, а мое происхождение и подавно застряло где-то в районе пищевода. Пышные в нужных местах формы были искусно подчеркнуты длинным платьем. Ну ни чего, я конечно рогов не имею украшать их драгоценными камнями возможности тоже нет, но и прелестями мать-природа меня не обделила! Это я уж точно знаю. К тому же светленькие девушки всегда казались более мягкими и покладистыми, чем нагло пользовались в свое удовольствие.
– добрый вечер, – чуть склонив голову (этикет, что б его) поприветствовала я хозяйку дома. Все-таки это благодаря ее дому я сейчас на ногах стою…хотя кто знает…
– добрый, принцесса Эллин, – ответила та, приглашая всех за стол, – я много о Вас слышала от господина Сьена.
Судя по интонации даже слишком много, чего явно не хотела и раздражалась при одном упоминании. А тут я собственной персоной. Да подавись! Не нравишься ты мне, темная ты, злая! От таких как ты молоко киснет еще до дойки, от чего потом бедная животина страдает!
– а я вот о вас ни чего, – улыбнулась я в ответ, – так кто вы?
– а Сьен тебе не поведал? – притворно удивилась женщина, чему не рад был уже сам мужчина, – ну что же, это мы легко исправим. Ты кушай, кушай. Не стесняйся. Чувствуй себя как дома, а заодно поведуй мне эту интересную историю про ваше, прям-таки волшебное знакомство с вором по имени Берест.
