Он был великим магом, познав все тонкости своего искусства. Его величие и мастерство были признаны всех всеми расами его мира. Он говорил с богами на равных, не страшась их гнева. Однако, по воли богов, он оказался в другом мире, оставив свой родной мир на краю гибели. Его душа теперь стала частью души молодого парня, от судьбы которого будет зависеть, сможет ли он вернуться домой.Это больше не история великого мага. Это путь юного Клида, который только начинает свой путь к мастерству. Молодой адепт, неожиданно оказавшийся в водовороте событий, вынужден бороться за выживание в новом, полном опасностей мире. Ему предстоит раскрыть скрытые силы, преодолеть страх и обрести верных друзей, которые помогут пройти через тьму.
Гигант исполинских размеров медленно двигался по плато Гриза, иной раз останавливаясь, чтобы лишний раз топнуть ногой. Эти муравьи, таракашки, как же ему нравилось их давить. Хруст и крики этих насекомых просто будоражили кровь. Его аура, раздутая как парус темно — коричневого цвета, с чавканьем всасывала души умерших. Темный Бог Феньяхк из мира Хокодор с жадностью вытаптывал правый фланг объединенной армии шести царств. Спустя сотни веков его наконец — то пригласили к столу, и он обязан попробовать весь этот мир на вкус. Циканы, великолепные убийцы Ниара, раса сектоноидов — разумных, прямоходящих насекомых, покрытых хитиновым панцирем с четырьмя лапами, вооружёнными смертоносными клинками, сегодня ничего не могли сделать против гиганта. Они просто падали мертвыми на расстоянии тридцати шагов от темного бога. Тригоны, маги циканов, накладывали десятки защитных заклятий на своих воинов, но всё было тщетно. Аура Феньяхк рвала не только души, но и тела бесстрашных воинов. Шесть веков назад циканы были тем самым острием, что вырезало сильнейших командиров легионов нежити вторжения. Но сегодня всё пошло не так…
Альянс серебряных латников людей и пронзающих небо клинков эльфов сегодня сражались рука об руку, не жалея своих жизней. Раса людей и эльфов на протяжении всей эпохи Сатрила относились друг к другу с открытым презрением, которое выливалось в мелкие, но очень кровавые стычки. Сегодня же они смешивали кровь, прикрывая друг другу спину. Большие тандемы эльфийских чародеев и людских магов творили заклятия высших уровней, затрагивая все сферы боевой магии. Левый фланг объединенной армии был покрыт сетью разноцветных вспышек творимой волшбы, выжигая пятна в стане врага. Но, не смотря на всю мощь рас людей и эльфов, левый фланг все же промялся под давлением вторженцев. Орды нежити мира Л’Агно на этот раз не состояли из костяков, скелетов и костяных тварей, перемешанных с зомбаками низшего порядка, как это было шесть веков назад, когда эльфы с людьми опрокинули с левого фланга весь легион нежити, оставляя работу циканам. В этот раз в первых рядах шли рыцари мрака, покрытые черными как ночь доспехами, источающие животный страх. Этот страх разрушал волю, пропитывая душу ужасом безысходности, заставляя солдат бросать оружие, отдавая жизни под мечами мрака. За ними плыли мстительные духи — реверанты. Твари в красных балахонах поднимали умерших солдат людей и эльфов обращая их против живых. Остальная же нежить толпилась сзади, смирно ожидая, когда их позовут к столу. И всем этим командовали Сид'Ары, проклятые маги не уступающие ниарским магам. Щиты тьмы, проклятья, туманы смерти прикрывали войско вторженцев. Огромными потерями раса людей и эльфов могла бы разбить этот легион нежити, если бы на поле брани не вышли трое архиличей — высшие лорды смерти мира Л'Агно. Они выжигали всё сущее вокруг себя, собирая огромную жатву душ в свою копилку для Повелителя Зиг'Тороха. Сегодня явно всё пошло не так…
Как и шесть веков назад, в центре плато Гриза стояли самые крепкие воины Ниара. Лучшие представители расы могучих дворфов, в два человеческих роста, мохнатые зверолюди. Чудовищно сильные, они держали по огромному щиту, каждый как дворцовые ворота, и топору, готового рассечь исполинский дуб, как гнилую щепку. Небо же над ними было покрыто Игрилами, расой волхвов — мастеров руной магии, на своих боевых стрекозах. Лишь эти насекомые могли замирать в воздухе от нескольких часов до нескольких дней. Творилась волшба, разрывая все шаблоны магии людей и эльфов, в воздухе рисовались тысячи, десятки тысяч рун, ставящих защитные заслоны, усиливающих не только доспехи, но и сам дух дворфов. Иногда не хватало и пяти архимагов чтоб пробить защиту волхва, а если с ним шел дворф или цикан, то этот тандем становился страшным оружием. Весь этот парад закрывали на рост маленькие, но крепкие как скала духом мастера инженерной мысли — раса гномов. Восьминогие машины ростом с двух дворфов готовы были пожрать все на своем пути из огненных сопел. Пушки, рассекающие небо огненными и ледяными ядрами, медленно перекатывались на боевые позиции могучего горного народа. Готовились воздушно — десантные отряды гномов на скоролетах и бомбометателях. Не было ни одного военного устройства, не придуманного гениями горного народа. И вроде одни ученые, техники, мастеровые. Отсидеться бы им на задах, да подавать орудия своего творения, коими пользовалась треть объединенной армии, но только это не про гномов, кровь которых веками закалялась в огненных горнах.
