У нас в Фирнберге давно убеждены, что если кому-то нечего скрывать то он пустое место, ничтожество, которое своей глупостью поддерживает тех, кто хочет обратить всех в холопов. Личность без тайны — это не личность. У нас привыкли больше всего ценить тайну. Наше герцогство считают своей родиной те, кто смыслом своей жизни всегда считал поиск тайного и обладание тайнами. Именно в нашей стране нашли приют те, кому в других странах только скрытность позволила выжить, не попав в руки суда и отупевшей толпы. Поэтому человек, который соглашается с тем, что честному нечего скрывать вызывает не просто презрение, но и ненависть как предатель.
Покои магистра Тарга украшало немалое количество старинного оружия, большая часть которого сохранилась еще с прежних веков.
— Герцог все время говорит, что хочет запретить в стране хранение оружия простолюдинами, — сказал Иеракс. — Но ведь оружие нужно не только рыцарям, но и мельникам и лавочникам, и даже крестьянам, которые живут в лесных деревнях. Как они будут защищать свой дом? Ведь грифоны и стражники не могут за всем уследить.
— Люди герцога все время говорят, что людям не надо иметь оружие, что защищать их должен закон, то есть стражники. Простолюдинам не разрешается иметь оружие в южных королевствах. И всем понятно к чему клонит Феобальд и чего он хочет этим добиться.
Крылатый глядел мрачно, соглашаясь.
На какую помощь стражников могут рассчитывать жители отдаленных деревень и жители отдельных домов в лесу? Как вообще можно запретить иметь оружие для защиты людям живущим вдали от городов, куда помощь всегда приходит с опозданием, где мирные жители могут рассчитывать только на себя? Иеракс помнил, что простолюдинам раньше запрещалось иметь только арбалеты, но потом сделали исключение, признав, что можно держать не очень мощные арбалеты, но только дома, для защиты жилища. Потому что арбалет может использовать, в крайнем случае, даже женщина или подросток, а боевой лук не всякая женщина натянет. И грифоны не стали возражать, хотя именно к арбалетам у них всегда было плохое отношение.
Грифон представил себя на месте человека, и хотя он относился к большинству людей подозрительно, ему было не понятно как можно запрещать иметь оружие столь слабо защищенному существу, не имеющему когтей. Тогда быть человеком совсем плохо.
— Оружие это зеркало души, которое обостряет грань между добром и злом, оно становится злом в злой руке, и несет спасение если в доброй, — произнес Регинон Тарг, дотрагиваясь до прохладного металла висящих на стене мечей. — Оно прекрасно потому, что спасает. Защищая жизнь ты защищаешь не только свою жизнь, защищая свою свободу, ты защищаешь свободу не только свою. Но самое прекрасное, когда блеск твоего клинка отразится страхом в глазах врага, призывая к благоразумию, и тогда не надо будет проливать кровь.
Жесткая рука магистра взяла меч и по полированному клинку с выгравированными рунами прошлись блики от свечей, сверкнули как звериные глаза драгоценные камни гарды, зловеще блеснула кромка у острия.
— Оружие это ваши железные когти.
— Да, — согласился наставник, — это когти! И если кто-то призывает отобрать у вас оружие, то это все равно если бы у тебя собрались отобрать у тебя когти. Такие вельможи могут найти много оправданий и причин чтобы тебя обезоружить, но им всегда надо чтобы ты был беззащитен. И поступать с такими следует так же если бы они попытались вырвать у тебя когти. Они могут сказать что у тебя надо вырвать когти для твоей же собственной безопасности. А вдруг ты нечаянно себя ими поцарапаешь? Если бы у тебя были клыки, то эти демагоги сказали бы и что их тоже надо вырвать. Конечно для твоей же собственной безопасности. Вдруг ты сам себя нечаянно укусишь спьяну?
— Не знаю насчет клыков, но с моими когтями таким пришлось бы познакомиться поближе, — Иеракс вытянул лапу, выпустив свое природное оружие, хотя речь шла о них в переносном смысле.
Магистр Тарг улыбнулся.
Разумеется он понимал, что планы сторонников герцога-короля лишить жителей Фирнберга оружия и ради покорности зажать население в тисках между преступностью и властью, не везде могут быть быстро осуществлены. Потребуется не одно поколение, чтобы силой отучить людей такой разрозненной страны защищаться самостоятельно. Невозможно проследить где прячут оружие обитатели отдаленных деревень, которые никогда не согласятся жить посреди леса безоружными. Да и городах у ремесленников всегда найдется местечко, чтобы чего-нибудь припрятать.
— Но одного оружия не достаточно для свободы. Скажи мне какое у тебя жилище и я скажу кто ты! — продолжил магистр, сжимая кулак. — У каждого зверя свое логово, своя нора или гнездо. Так и человек познается по тому какое у него место обитания. Твой характер рождается в том месте, где ты живешь. Если ты живешь в тесной деревянной хижине то ты крестьянин. Если в каменном городском доме то может быть ты ремесленник или купец, а если в собственном замке то ты знатный рыцарь.
— Что вы этим хотите сказать?