-Я не то хотел сказать! – запротестовал Лаари, который действительно имел в виду иное, но какое, сам с трудом представлял.
Если честно, он вообще думал о совершенно других вещах. Например, о том, что Фальче ему нравится все больше, а здравого смысла в блондинистой эльфийской башке – все меньше, и значение это обратно пропорционально хрипотце в голосе собеседника…
Скажем прямо – знал бы эльф, что хрипит некромант вовсе не из желания вскружить чью-либо голову а исключительно от простуды, это не изменило бы хода событий.
-Я не обижаюсь на подобное – пожал широкими плечами мужчина – С чего бы, если это – правда?
Будь Лаари не эльфом, а обычным смертным, он бы, возможно, просто походя, отметил похвальную самокритичность собеседника. Однако Лаари был из дивного народа, мало того – эмпат. А потому без труда, даже не стараясь, уловил привкус горечи в последних словах.
-Правда? – переспросил он – Но даже такая вещь, как правда (хоть она, на самом деле, и не вещь) не может быть однозначной.
-Это все только звучит так красиво – хмыкнул Фальче, снова обращаясь к книге и кореньям – Долг, честь и верность давно вышли в тираж и ими пользуются так же охотно, как марками «любовь» «смерть» и «память». Бизнес есть бизнес.
-Неправда!
-Правда, Лаари. Та самая, которая не однозначна.
Они замолчали, каждый о своем. Эльф сидел, ощущая чужую эманацию, и думал. Думал о том, что вот, бывают же люди на свете. Ничего у них не выходит, что ни день – вертеп, а туда же – долг, честь… Думал и о другом – что все эти понятия людьми используются как-то странно. Будто их, понятий, и вовсе не осталось, и каждый только прикидывается, словно правилами игры какими прикрывает свои поступки. И никто им слова не скажет. Никто, кроме каркливого некроманта да еще одного не слишком умного эльфа…
-Можно спросить? – внезапно, озаренный новой идеей, Лаари вскинул голову. Фальче вопросительно на него посмотрел.
-Да ради бога – протянул он, несколько настороженный таким резким переходом. Но Лаари уже не до того, ему в голову пришла блестящая по своей новизне мысль, и, возможно, если он правильно ею распорядится, экзамены академии, такие жуткие и страшные, останутся далеко-предалеко…
Все гениальное просто, господа!..
-Я на счет людей – пояснил свою запальчивость Лаари, додумывая на ходу. Он, сам не особо замечая, что же делает, закурил, и мечтательно поглядел в окно. Ночь. Что же еще там может быть?..
-Не очень хорошо их понимаю. Не знаю, у кого можно спросить, чтобы ответил… честно.
Фальче кивнул. Он понял, чего от него хочет смазливое ушастое создание, и готов помочь в меру своих скромных сил.
-Так – эльф задумчиво нахмурился – Люди ведь расценивают окружающих по внешнему признаку? Красивый-некрасивый, да?
-Положим – осторожно согласился некромант. Ему стало настолько интересно, что он даже забыл о своем магическом круге. Лаари кивнул, ободренный, и продолжил:
-У каждого свои представления о красоте, так сказать, вкус. Но общие принципы известны. Неважно, любит человек смуглых или бледных партнеров, однако, шрамов не любит никто…
-Не совсем верно – не согласился Фальче – Срабатывает не всегда
-Хорошо – не стал спорить эльф – Не шрамы. Язвы. Угри, в конце концов!..
-Так – снова соглашается некромант, пока еще не понимая, к чему клонит собеседник.
-И, тем не менее, общий стандарт применим к представителям обоих полов. Но даже такая схожесть и отдаленно не приближает к взаимопониманию – расхождение во вкусах является причиной конфликтов, зачастую, очень острых…
-Что у вас в школе было по социологии? – перебил внезапно Фальче. Он, чем дальше слушал, тем меньше понимал, почему «эльфийские ушки», как звал своего друга вампир, редко подает голос во время решения ячейкой важных вопросов.
-Дубовый лист – с гордостью ответил Лаари, совсем позабыв, что в человеческом мире нет, и не может быть таких оценок.
-Но я не закончил… Вот вы, скажите – по человеческим меркам я могу считаться привлекательным? – Лаари по очереди обернулся в фас и профиль, словно бы давая возможность оценить свою персону. Кажется, неожиданный вопрос смутил его собеседника.
-Я не могу считаться экспертом в данной области… — попробовал было съехать он, но эльф ему так просто этого не позволил. Умоляюще подняв бровки домиком (способ, безотказно действовавший на старшего брата) он жестом попросил не отвечать отказом, по крайней мере, по такой смехотворной причине. Фальче вздохнул, что-то проворчав себе под нос. Тонкий слух эльфа разобрал что-то вроде «ну вот, теперь до рассвета будем толковать…».
-Полагаю, можете – выдавил он ответ на вопрос Лаари. Вздохнул еще раз («Прощая, спокойная работа» — перевел эльф для себя) и добавил
-По человеческим канонам красоты вы вполне можете считаться красивым. Но к чему был вопрос?
-А я вам нравлюсь?
