Лефон поразмышлял еще немного, после чего произнес слегка вызывающим тоном: «Ситуация сложнее, чем вы думаете. Я не смогу получить интересующие вас сведения до вечера».
«Это неудобно».
«Почему же? Очень удобно! — куратора охватил внезапный приступ энтузиазма. — Я воспользуюсь таким случаем, чтобы показать вам, что делается в древнем Киеве, о чем у нас говорят! У вас будет незабываемый вечер, полный глубоких впечатлений!»
Ощущая необходимость поддержки, Уэйнесс прислонилась к краю стола: «Ни в коем случае не хотела бы причинять вам столько беспокойства. Вы могли бы зайти в отель и сообщить мне полученные сведения — или я могла бы снова посетить музей завтра утром».
Лефон поднял руку, выставив ладонь вперед: «Ни слова больше! Мне будет чрезвычайно приятно вас сопровождать!»
Уэйнесс вздохнула: «Какие у вас планы?»
«Прежде всего мы отужинаем в «Припятском» — там чудесно готовят куропаток на шампурах. А на закуску — заливной угорь под шубой из икры! Не следует пренебрегать также олениной по-мингрельски со смородиновым соусом».
«Все это, наверное, дорого, — возразила Уэйнесс. — Кто будет платить?»
Лефон Задори моргнул: «Так как ваша командировка, судя по всему, финансируется Обществом натуралистов...»
«У Общества не осталось никаких финансов — я за все плачу из своего кармана».
«Что ж, в таком случае мы разделим расходы. Так мы обычно поступаем, когда встречаемся с друзьями в ресторане...»
«Думаю, что каждому из нас лучше платить за себя, — твердо сказала Уэйнесс. — Я редко заказываю обильные блюда и не испытываю никакого желания пробовать угрей, куропаток и оленину за один присест».
«В таком случае мы могли бы пойти в «Бистро Лены», где подают дешевые и вкусные голубцы».
Уэйнесс решила отнестись к происходящему по-философски — в конце концов, сегодня ей больше нечего было делать: «Как вам угодно. Где и когда мы получим требуемые сведения?»
«Сведения? — Лефон на мгновение опешил. — Ах да! В «Бистро Лены» — там и получим».
«Почему в бистро? Почему их нельзя получить здесь и сейчас?»
«Необходима подготовка. Это деликатная процедура».
Уэйнесс хмыкнула, не скрывая сомнение: «В высшей степени странно. Так или иначе, я должна буду вернуться в отель как можно раньше».
«Цыплят по осени считают! — с наигранной веселостью воскликнул Лефон Задори. — Чему бывать, того не миновать!»
Уэйнесс недовольно поджала губы: «Лучше всего, наверное, будет, если я просто зайду в музей завтра утром. А вы можете веселиться в ресторанах хоть до рассвета. Не забудьте, что мне нужно убедиться в достоверности информации — если вы не принесете мне заверенную копию официальных музейных записей».
«Я зайду за вами пораньше, — сказал Лефон, поклонившись с преувеличенным почтением. — Скажем, в восемь часов вечера?»
«Это слишком поздно».
«Только не в Киеве! У нас в это время только начинают просыпаться. Ну, хорошо — в семь часов?»
«В семь часов. Но я хотела бы вернуться к девяти».
Лефон издал неопределенный звук и беспокойно посмотрел по сторонам: «Мне следует вернуться к исполнению обычных обязанностей. Когда вы закончите просмотр документов, пожалуйста, скажите об этом кому-нибудь в читальном зале, и для вас вызовут носильщика. До семи вечера!»
Лефон Задори удалился из комнаты размашистыми шагами, с развевающейся за спиной черной мантией. Уэйнесс повернулась к трем ящикам на столе. Биографии, генеалогия, проект нового главного управления Общества. Как заверил ее куратор, все эти материалы были частью одной партии документов, о чем свидетельствовала также маркировка ящиков — все они были помечены одним и тем же кодом.
Подумав пару минут, Уэйнесс подошла к двери и выглянула в читальный зал. К этому времени он наполовину опустел, и многие оставшиеся служащие уже собирались уходить.
Уэйнесс закрыла дверь, вернулась к столу и записала код, обозначенный на ящиках.
Издалека по всему городу разнесся перезвон сотен гулких колоколов, оповещавших о наступлении полудня. Уэйнесс снова присела на край стола и стала ждать — пять, десять минут. Она опять выглянула в читальный зал, откуда все, кроме нескольких особенно занятых кураторов, ушли на обед. Уэйнесс прошла в ближайшую нишу и села перед компьютерным экраном. Включив функцию поиска, она ввела слова «Общество натуралистов». На экране появились данные, относившиеся к двум партиям материалов — к семантическим и лингвистическим исследованиям, приобретенным в «Галереях Гохуна», и к трем ящикам, идентифицированным тем самым кодом, который Уэйнесс только что записала. В качестве жертвователя второй партии материалов было указано благотворительное учреждение «Эолийские бенефиции», находившееся в городе под наименованием Крой. Пожертвование было получено музеем пятнадцать лет тому назад.
Уэйнесс скопировала адрес учреждения и выключила функцию поиска. Некоторое время она сидела и думала. Неужели такая простая операция выходила за рамки воображения Лефона Задори? Вряд ли.
