Рядом с Бардьюсом на фотографии стояли пара местных должностных лиц, два инженера и — несколько поодаль — Флиц. На ней были брюки цвета загоревшей кожи, темно-синий пуловер и мягкая шляпа из белой ткани. Так же, как Бардьюс, она не испытывала никаких очевидных эмоций или скрывала их, но если пронзительный взгляд Бардьюса свидетельствовал о бдительности и даже, в какой-то степени, о настороженности, Флиц казалась полностью отстраненной.
«Полагаю, что передо мной во всей красе — легендарная Флиц?» — спросил Чилке.
«Вот эта?»
«Почему ты спрашиваешь? Других женщин на фотографии нет».
«Да, это Флиц».
Вернулась Обада: «Нашла Сигнатуса! Никогда не догадаешься, где он прятался!»
«В отделе проектирования строительных снарядов?»
«В отделе инвентаризации материалов — и ты прекрасно знаешь, почему!»
«Разумеется — но что он тебе сказал?»
«Сигнатус всеведущ! Он сообщил, что г-н Бардьюс отправился на Рейю — это в системе Тир-Гог, в секторе Пегаса. Мы только что закончили там большой проект…»
«Конечно! Мост через Скейм!»
«И г-н Бардьюс, естественно, понадобился на церемонии торжественного открытия».
Чилке спросил: «А Флиц — она тоже там?»
«Конечно, почему нет? Как правило, она его сопровождает как секретарь — но кто знает, кто есть кто и что есть что, если вы меня понимаете».
«Ага! — кивнул Чилке. — Земля слухами полнится?»
Джорн ухмыльнулся: «Не стал бы доверять беспочвенным сплетням — но если факт за фактом указывают на север и оттуда доносятся шум и гвалт, только последний кретин выбегает на дорогу и смотрит на юг, не так ли?»
«Совершенно справедливо!»
Джорн продолжал: «По моим наблюдениям, ей не занимать решительности. Иногда кажется, что она руководит компанией, а г-н Бардьюс держится в стороне и помалкивает. Конечно, она достаточно умна — видит сущность проблемы с первого взгляда».
«Гм! — произнес Чилке. — Она не выглядит, как математик или инженер».
«Не заблуждайтесь! Флиц — не сентиментальное хрупкое создание, несмотря на деликатность телосложения. Очевидно, однако, что ей недостает выносливости, и я лично не выбрал бы ее партнершей по Стомильному марафону. Можете сами убедиться — у нее не развита ягодичная мускулатура. Обада, иди-ка сюда!»
«Я не намерена демонстрировать посетителям ягодичную мускулатуру!»
«Как хочешь, — Джорн вернулся к обсуждению Флиц. — Несмотря на физические недостатки, она поддерживает близкие, хотя и не откровенные, отношения с г-ном Бардьюсом. Что не удивительно, учитывая, что они постоянно работают вместе. Проявим снисходительность. В конце концов, большой объем легких и развитые мышцы грудной клетки — не все, что привлекает нас в этой жизни!»
«Бедняга Бардьюс! — покачал головой Чилке. — Тяжелая у него жизнь. Все эти бесконечные проекты, и никто ему не помогает, кроме несчастной Флиц».
Джорн нахмурился: «Никогда не представлял себе его существование с этой точки зрения».
«Благодарю вас за помощь, — сказал Глоуэн. — Еще один вопрос: вы не помните, использовал ли Бардьюс работников-йипов с Кадуола?»
«Было нечто в этом роде. Три или четыре года тому назад».
«У вас, случайно, не сохранились списки этих работников?»
«Может быть. Сейчас же выясню». Джорн пробежался пальцами по клавишам информационной системы: «Да-да! Вот они, все зарегистрированы».
«Не будете ли вы так добры и не проверите ли, встречаются ли в вашем списке имена «Кеттерлайн» и «Селиус»?»
Джорн ввел требуемые имена: «Нет, к сожалению такие не числятся».
Покидая сектор Персея, «Фортунатус» скользил сквозь Бездну Шимвальда. Зеленая звезда Гилберта слилась с Прядью Мирцеи, а та в свою очередь побледнела на блестящем фоне Нижней ветви Персеид, и скоро ее уже невозможно было различить.
Впереди появились звезды Пегаса и Кассиопеи, и среди них — белая звезда KE58 Пегаса, общеизвестная под наименованием Тир-Гог. Через некоторое время она уже преобладала на черном небосклоне.
Шесть из девяти планет Тир-Гога — небольшие миры, не имеющие особого значения. Из трех остающихся планет одна — газовый гигант, другая — шар аммиачного льда, а третья, Рейя, отличается дюжиной аномалий — от наклонной орбиты до обратного направления вращения вокруг своей оси и асимметричной формы. Материалы, из которых она состоит, еще необычнее. В конечном счете специалисты сочли Рейю не результатом повсеместно встречающейся планетарной конденсации, а скорее своеобразным слиянием множества разнородных крупных компонентов, в том числе астероидов и фрагментов взорвавшейся погасшей звезды.
Первый разведчик-заявитель, Давид Эванс, сразу распознал странные и чудесные качества минералов Рейи, не походивших ни на что привычное или известное. Некоторые обнаруженные здесь вещества образовались в глубинах звезд в ходе процессов, преобразовавших структуру элементарных частиц таким образом, что возникли новые, теоретически немыслимые устойчивые соединения. Продукция рудников Рейи, таким образом, положила начало развитию интереснейшей, не существовавшей ранее области физической химии.
