— Да. Огромный черный бык, который убьет любого, кто попытается приручить его. Кроме одного.
— И этого одного зовут Корум? — спросил принц.
— В старых текстах его имя не упоминается. В них говорится, что он будет сжимать в руке, сияющей, как луна, копье, именуемое Брийонак.
— Что такое копье Брийонак?
— Магическое копье, выкованное Гофаноном, кузнецом племени сидов. Теперь оно снова принадлежит ему. Видишь ли, принц Корум, после того как Фои Миоре захватили Каэр Ллуд и взяли в плен верховного короля, воин Онраг, который должен был защищать древние сокровища, умчался вместе с ними в колеснице. Но по пути сокровища одно за другим выпали из колесницы. Мы слышали, что часть из них была захвачена Фои Миоре, преследовавшими Онрага. Другие — найдены мабденами. А остальные, если верить слухам, попали в руки народа более древнего, чем мабдены и Фои Миоре, — сидов, которые в давние времена и преподнесли их нам в дар. Много раз мы обращались к мудрости рун, многое пришлось сделать нашим прорицателям, прежде чем узнали, что копье Брийонак снова оказалось в руках кузнеца Гофанона, таинственного сида.
— Вы знаете, где обитает этот кузнец?
— Думается, на Ги-Бразиле, некоем загадочном заколдованном островке, что лежит к югу от нашего восточного побережья. Наши друиды верят, что Ги-Бразил — это все, что осталось от Лиум-ан-Эс.
— Но ведь там правят Фои Миоре, не так ли?
— Они не появляются на этом острове. И я не знаю почему.
— Должно быть, их там подстерегает большая опасность, раз они чураются этого куска своей земли.
— Я тоже так думаю, — согласился король Маннах. — Но только ли Фои Миоре угрожает опасность на острове? Никто из мабденов еще не возвращался с Ги-Бразила. Говорят, что сиды кровно связаны с вадагами. Многие считают, что они происходят из одного корня. Может быть, только вадаг способен добраться до Ги-Бразила и вернуться оттуда?
Корум громко расхохотался:
— Может быть. Ладно, король Маннах, я отправлюсь туда и разыщу ваше магическое копье.
— Ты можешь встретить там свою смерть.
— Вот уж смерти я не боюсь, король.
Тот грустно кивнул.
— Да. Я понимаю тебя, принц Корум. Ты лишний раз напомнил мне, что в эти мрачные дни, постигшие мой народ, нужно бояться не смерти, а многого другого.
В камине, покрываясь пеплом, тлели поленья. Веселье стихало. Одинокий арфист извлекал из струн грустную мелодию и пел о судьбе обреченных возлюбленных. Корум, у которого кружилась голова от хмельного меда, знал, что такова его собственная история, история любви принца и Ралины. В этом полумраке ему показалось, что девушка, которая раньше говорила с ним, неотличима от Ралины. Он смотрел на нее, а она, не подозревая о его взгляде, разговаривала и шутила с одним из молодых воинов. К Коруму вернулась надежда: возможно, где-то в этом мире Ралина нашла новое воплощение, и он найдет ее. Возможно, Ралина не узнает его — но, как и прежде, полюбит Корума.
Девушка повернула голову и увидела, что Корум смотрит на нее. Улыбнувшись, она слегка кивнула.
Подняв свой кубок, он крикнул, вставая на ноги:
— Пой и дальше, бард, ибо я пью за свою потерянную любовь — Ралину и молю, чтобы я мог найти ее в этом мрачном мире.
Он опустил голову, осознав, что ведет себя глупо. Теперь он рассмотрел девушку и убедился, что она ничем не напоминает Ралину. Но когда он сел на место, она продолжала неотрывно смотреть на него, и Корум опять заинтересованно уставился на нее.
— Я вижу, что моя дочь привлекла твое внимание, Властитель Кургана, — раздался голос короля Маннаха где-то рядом с Корумом. Король говорил с легкой иронией.
— Твоя дочь?
— Ее зовут Медб. Она красива?
— Красива. Она прекрасна, король Маннах.
— С тех пор как ее мать погибла в первой битве с Фои Миоре, она стала моей радостью и утешением. Медб — моя правая рука, мой мудрый советчик. В бою она уверенно ведет за собой воинов, она лучше всех пользуется боло, пращой и татлумом.
— Что такое татлум?
— Тяжелый шар, на изготовление которого идут черепа и кости наших врагов. Фои Миоре боятся его, поэтому мы и пользуемся ими. Черепа и кости перемешиваются с известью, которая затвердевает, и мы получаем мощное оружие против захватчиков — хотя мало что может преодолеть их сильную магию.
Отпив еще меда, Корум тихо сказал:
— Прежде чем я пущусь на поиски копья, мне бы очень хотелось понять природу наших врагов.
Король Маннах улыбнулся:
— Вот эту просьбу мы можем легко удовлетворить, потому что недалеко отсюда видели двух Фои Миоре и их свору охотничьих псов. Наши разведчики считают, что они направляются к Каэр Малоду, собираясь напасть на крепость. Завтра к заходу солнца они должны быть здесь.
— Ты хочешь победить их? Похоже, ты в этом сомневаешься.
— Мы не сможем их одолеть. Мы считаем, что данное нападение Фои Миоре призвано, главным образом, отвлечь наше внимание. Порой им удается перебить наших бойцов, но в основном они стараются просто потрепать нам нервы.
— Значит, вы позволите мне погостить у вас до завтрашнего вечера?
— Конечно. Но обещай мне, что если увидишь, что крепость пала, то тут же покинешь ее и отправишься на поиски Ги-Бразила.
