Ближе к ночи, когда лодка уже уверенно шла заданным курсом, Ралина наконец проснулась, неслышно подошла к Коруму и села рядом. Он молча накинул ей на плечи свой алый плащ.
Светила луна. Ралина потянулась и поцеловала его в щеку.
— Я уж и не надеялась… — начала она и вдруг заплакала, не в силах больше вымолвить ни слова. Корум ласково ее обнял.
— Корум, — сказала она наконец, — неужели судьба оказалась так к нам добра?
И тогда он рассказал ей обо всем, что выпало на его долю. О рагха-да-кхета, о волшебном воздушном змее, об Огненных землях, об Ариохе и об Аркине…
Все рассказал он ей, кроме двух вещей.
Он не рассказал Ралине, как рука Квилла задушила короля Темголь-Лепа, пытавшегося отравить его, и как она убила ее соотечественника Ганафакса, пытавшегося ему помочь.
Когда Корум закончил свой рассказ, чело Ралины разгладилось, и она вздохнула, счастливая.
— Значит, у нас теперь наконец-то мир? Спор окончен?
— Мир, если нам повезет — на какое-то время.
Начинался рассвет. Корум выправил курс.
— Ты же не оставишь меня снова одну, Корум? Теперь, когда восстановлен Порядок, и конечно же…
— Порядок восстановлен только в этом мире. Повелители Хаоса будут очень этим недовольны. Последние слова Ариоха, обращенные ко мне, были о том, что я навлек на себя проклятие Повелителей Мечей. А лорд Аркин сказал, что впереди еще много работы, прежде чем Порядок утвердится во всех пятнадцати плоскостях мироздания. А еще он мне сказал, что мы не раз услышим о Гландите-а-Крэ.
— Ты по-прежнему жаждешь отомстить ему?
— Больше уже нет. Он был всего лишь инструментом в руках Ариоха. Но он-то не забудет своей ненависти ко мне, Ралина.
Небо стало совсем голубым; золотая полоса разгоралась на горизонте. Дул теплый ветерок.
— Так неужели, Корум, нам не суждено ни дня прожить в мире и покое?
— Некоторое время, я думаю, мы с тобой проживем спокойно. Но то будет всего лишь передышка перед боем, Ралина.
Будем же радоваться хотя бы этой передышке и с благодарностью принимать каждый ее день. По крайней мере, это мы заслужили.
— О да, — голос ее зазвучал веселее. — А покой и любовь, которые пришлось отвоевывать, всегда ценятся куда больше!
Он молча обнял ее.
Солнце ярко светило в небе. Лучи его коснулись руки Квилла и глаза Ринна, и они засверкали, засияли разноцветным пламенем.
Но Ралина этого уже не видела: она снова уснула в объятиях Корума.
Вдали показалась гора Мойдель. Ее зеленые склоны омывало тихое голубое море, а солнце освещало белоснежный замок на вершине. Было время прилива, и дамба скрывалась под водой.
Корум заглянул в лицо спящей Ралины, улыбнулся и нежно погладил ее по волосам.
Виден был и лес на берегу, более не таивший угрозы.
Корум посмотрел в безоблачное небо.
Он надеялся, что передышка будет достаточно долгой.
Так кончается Первая Книга о приключениях Корума, Принца в Алом Плаще.
Вот уж летнее небо стало бледно-голубым над синевой моря, над золотистой зеленью лесов на материке, над поросшими травой склонами горы Мойдель и белыми стенами замка, венчавшего ее вершину. А последний из расы вадхагов, принц Корум, Принц в Алом Плаще, забыл обо всем на свете из-за любви к прекрасной мабденской женщине, маркграфине Ралине из Алломглиля.
В принце Коруме с первого взгляда можно было узнать вадхага. Хотя его правый глаз был закрыт повязкой, украшенной драгоценными камнями, левый его глаз, настоящий, был большой, миндалевидный, с желтым зрачком и красной радужкой. Узкий и длинный череп, острый подбородок, заостренные кончики ушей, плотно прижатых к черепу и лишенных мочек. Светлые волосы, столь воздушные, что с ними не могли сравниться даже самые легкие кудри мабденских девиц. Широкий рот с полными губами и розовая кожа, усыпанная золотыми веснушками. Его можно было бы назвать красивым, если бы не отсутствие правого глаза и не жесткие, горькие складки вокруг рта. И еще, конечно, странная чужая рука, которая столь часто хваталась за эфес меча, что было сразу заметно, когда Корум откидывал свой алый плащ. На этой левой руке у Корума было шесть пальцев. Сама она как будто была скрыта под украшенной драгоценными камнями латной перчаткой. Но это только казалось. На самом же деле она была покрыта чешуей, выглядевшей как драгоценные камни. Странной и жуткой была мысль о том, что именно эта рука сокрушила сердце самого Рыцаря Мечей — лорда Ариоха, Владыки Хаоса, и позволила вернуться к власти лорду Аркину, Владыке Порядка.
