– В молодости он был старостой в афинском политехе, пока солдаты хунты не устроили там бойню. Его ранили в голову, и он приехал в Америку на лечение. Пока он был здесь, он получил студенческую визу для продолжения своих исследований.
– Он много путешествовал?
– Да. По всей стране, читал лекции, навещал греческие сообщества. Он собирал материал для своей книги «Греки в Америке».
«А еще, похоже, внедрял свои спящие ячейки».
Он решил пойти ва-банк.
– Возможно, вам станет легче, если я скажу, что Рэйвен была рядом с ним, когда он умер в Афинах.
В ее пустом взгляде ничего не изменилось.
– Как это возможно?
– Девушка была в афинской лечебнице, когда он потерял сознание во время лекции, и коллега привез его туда же. Он пытался задушить ее. Его застрелили террористы при нападении.
Ее лицо было словно маска, но она снова скрестила свои костлявые руки.
– Он был как дельфийский оракул. А к ней всегда относился, словно
Агент Дуган расслышал нотки ревности.
– Спасибо, что уделили мне время, мисс Салинас. Я пойду в библиотеку, взгляну на его бумаги.
– Это невозможно, агент Дуган.
– Почему же?
– Мистер Тедеску назначил меня распоряжаться его архивом. Согласно его пожеланию, чтобы обеспечить криптографическую цельность пророчеств, я отослала их в архивы Национальной библиотеки Греции, в Афинах.
– Что ж, я сам направляюсь туда. Взгляну заодно.
Она застыла.
– Согласно его пожеланию, я сделала распоряжение, чтобы его бумаги оставались запечатанными в течение десяти лет. После чего их смогут просматривать только филологи и историки.
Задумавшись об этом, он прислонился к одному из пустых картотечных шкафов. Шкаф отклонился, и Дуган заметил показавшийся край бумаги. Он поднял скомканный лист и разгладил его. «ОПЕРАЦИЯ «ЗУБЫ ДРАКОНА», гласило заглавие, под ним стояло слово «ЧТО», а дальше две строчки, написанные от руки. Слова были вычеркнуты и многократно переправлены. Он прочитал их вслух:
–
Она вдруг сдвинулась с места, и он поднял взгляд. Бронзовый бюст Зевса взлетел в ее руках. Ее глаза горели дикой злобой. Он попытался отразить удар.
Не успел. Взрыв боли. Все поплыло. Размылось. И потемнело…
Глава девятая
Доктор Мартин Кайл смиренно принимал овации, стоя после своей лекции в академии Греческой национальной библиотеки. Поглаживая свою бородку клинышком, он вышел из-за подиума к столу и стал подписывать свою последнюю книгу, «Юнгианский анализ культов, несущих смерть».
Когда холл почти опустел, он откинулся на спинку стула и ослабил галстук. К нему приблизились трое: пожилой человек с черной повязкой на правом глазу в сопровождении двух греческих полицейских.
– Доктор Кайл, я капитан полиции Гектор Элиаде из оперативной группы по борьбе с терроризмом, – его глубокий голос разносился эхом в почти пустой аудитории. – Мне понравилась ваша лекция. А теперь я буду признателен, если вы ответите на несколько вопросов.
– О чем?
– Насколько хорошо вы знали Ясона Тедеску?
– Мы оба преподаем в Уэйбриджском университете, в Огайо. Я отвез его в больницу на прошлой неделе. А в чем дело?
– Это я задаю вопросы, доктор Кайл. Почему вы отвезли его в психиатрическую лечебницу?
– Он меня попросил. Она ближе всего к академии. Сразу после выступления по древнегреческим и римским загадкам у него случился приступ. Как у него дела?
– О каких греческих загадках он говорил?
– Древних. Он рассказывал, как умер Гомер, не сумев разгадать загадку юных рыбаков.
– Что Тедеску говорил об этом?
– Что Гомер отправился к дельфийскому оракулу в храм Аполлона, чтобы выяснить, где он родился. Пророчица сказала ему, что дом его матери на острове Иос. И добавила: «Остерегайся детей, загадывающих загадки».
– Да, доктор Кайл, продолжайте.
– Пожилой Гомер отправился на Иос. Там на берегу к нему подошли два мальчишки, ловивших рыбу. Он спросил, что они поймали. Один из них ответил: «Что мы поймали, мы выбросили, а чего не поймали, оставили у себя». Тогда Гомер вспомнил предостережение оракула о детях, загадывающих загадки. Не сумев решить загадку этих мальчишек, он умер от сердечного приступа.
– Тедеску сказал слушателям отгадку?
– Нет, как ни странно. Как раз тогда у него случился приступ и он потерял сознание на кафедре.
– Что вы можете сказать о его связи с марксистской террористической группой «17 ноября»?
Доктор Кайл поправил галстук.
– Мне об этом ничего не известно.
– Вы читаете лекции о культах, несущих смерть, а он – о смертоносных загадках. Он когда-нибудь упоминал 17N? Или МЕК?
– К чему все эти вопросы?
– Его застрелили в лечебнице.
– О господи! Я не понимаю. Какие у него дела с17N?
– Это мы и пытаемся выяснить. У нас есть основания считать, что он пытался задушить дочь помощника директора перед тем, как ее похитили.
– Какое все это имеет ко мне отношение?
