Хроники лечебницы полностью

– Иранские террористы из бывших студентов, помогавших муллам свергнуть шаха Пехлеви.

Василий подался вперед всем своим долговязым телом.

– Если они иранцы, зачем объединились с Саддамом Хусейном и воевали против своей же страны?

Теодор вытер губы от шоколада и сказал:

– И если они готовы переметнуться к кому угодно, кто им будет доверять?

Димитрий переместил зубочистку на другой край рта.

– Что тебе сказала эта Фатима?

– Она была в изоляторе лечебницы, когда Тедеску велел Рэйвен сказать его пророчества.

– Мой старый товарищ, – сказал его отец, – любитель загадок – вечно придумывал их, а потом забывал отгадки. Так что слышала эта сестра Фатима?

– Всего две строчки, – сказал Алексий и произнес, подражая голосу майора Фатимы: – В башне на семи ветрах безликая богиня устремила в будущее взор. И, зверея царственно, она терзает всех и каждого, точно мясник.

Йорго хрустнул костяшками.

– Хранит будущее, значит, что она оракул, говорящий пророчества. Как дельфийская Сивилла у Аполлона.

Василий покачал головой.

– Дельфийский оракул не в башне на семи ветрах. Ее окутывали пары из темного грота.

– Если она бичует плоть, – сказал Теодор, – она может быть верховной жрицей оракула, приносящей козла в жертву богам.

Димитрий все так же жевал зубочистку.

– Приносить жертву, царственно зверея? Маловероятно.

Теодор откусил еще шоколада.

– И все же Тедеску внедрил наших агентов в Америке и спланировал «Зубы дракона». Так что это значит, Алексий?

– МЕК хочет заключить с нами союз для этой операции.

– Что за чушь! – выкрикнул его отец. – Это наш план, наша месть.

– Верно, – сказал он, – но майор указала, что наши агенты в Америке уже немолоды.

Его отец рассек воздух костылем, как саблей.

– Эти моджахедки тоже постарели. Может, и разжирели.

– Фатима упирает на то, что первое поколение 17N представляет собой силу здесь, в Греции. А в Америке наши пожилые спящие агенты без оружия МЕК ничего не добьются.

Димитрий продолжал жевать зубочистку.

– Я не доверяю террористам, которые готовы переметнуться ради выгоды. Они чуть что предадут нас.

– Они хотят отомстить ЦРУ не меньше нашего.

– А что за оружие, – спросил Йорго, – они намерены дать нам?

– Не дать. Продать.

Теодор промямлил, жуя шоколад:

– Так, эти исламисты-марксисты хотят нажиться на нашем деле?

– Послушайте, Саддам использовал иракские деньги по программе «нефть в обмен на продовольствие», чтобы обеспечить МЕК танками, минометами и старыми «АК-47». А также биологическим оружием, купленным у чеченской мафии. Фатима говорит, у МЕК еще остались запасы, но мы должны заплатить, чтобы покрыть их расходы.

– Сколько? – спросил Мирон.

– Пятьдесят тысяч американских долларов.

Йорго зажег сигару и выдохнул колечко.

– И где мы достанем такие деньги?

– Она предлагает, чтобы мы ограбили банк, который ведет дела с американскими компаниями.

– Вроде банка «Афины»? – сказал Димитрий.

– Почему бы и нет? Мы грабили банки.

– Каждый раз был опасней предыдущего.

Василий поднял культю.

– Я против того, чтобы рисковать жизнью из-за мусульман.

Алексий почувствовал настороженность стариков, так долго выживавших в подполье.

– Я рискну, – сказал он.

Мирон фыркнул.

– Один?

В уме Алексия возник образ Патти Хёрст на экране телевизора, вступившей в ряды Симбионистской армии освобождения^[8], наставляющей винтовку на служащего банка.

– Я задействую Рэйвен для поддержки.

Его отец рубанул воздух костылем.

– Я против.

– Согласен с Мироном, – сказал Йорго. – Она может подставить всех нас.

– Я работаю над ней уже две недели, пробуждая доверие по методам северокорейцев, которыми они уже давно перепрограммируют врагов в своих агентов.

– И ты думаешь, у тебя получится? – спросил Мирон.

– Думаю. Даже не притронувшись к ней.

Димитрий высунул и втянул зубочистку.

– Какая красота впустую пропадает.

Василий хохотнул.

– Алексий, ты уверен, что это не она промывает мозги тебе?

Алексий повернулся к отцу.

– Прошу твоего разрешения.

Мирон насупил брови.

– Ну, хорошо. Пусть она поможет тебе ограбить банк, но если будет упираться или попробует сбежать, подстрели ее. Сделай так, как будто это охранник.

– Но если она умрет, с ней умрут и пророчества Тедеску.

– Я не сказал убить ее. Подстрели ее в ногу или руку и давай сюда. И мы заставим ее расколоться тем же путем, каким люди капитана Элиаде вытягивали сведения о нас из наших сторонников.

– А если не получится?

Мирон стукнул костылем по ноге.

– Тогда нам от нее не будет пользы. Прикончи ее.

С зубочистки Димитрия упала капля слюны.

– Только, Алексий, перед тем, как будешь убивать эту молодую цыпочку, оставь меня с ней на час-другой.

Глава четырнадцатая

Крит, Греция

Самолет СТЗИГ приземлился. Дуган спустился по трапу и оглядел маленький аэропорт.

– Что это, черт возьми?

– Крит, – сказал судебный пристав.

– Я думал, меня доставят в Афины.