– Тяжко вам пришлось, Анна. И то, что с вами приключилось – горько, но прошу вас! По прихоти одного выблядка убили два десятка человек! Людей «Рабочего района», жён, мужей и даже детей, таких же обычных, как ваша дочь! – я бережно протянул кружку Анне обратно. – Да, Гикопроторий сломал вашу жизнь, но создан он был для таких, как тот ублюдок, что жестоко убивает ни в чём неповинных детей.
Анна опустилась на дальнюю сторону дивана, прижимая кружку к груди. Беззвучные слёзы капали с её подбородка, ударяясь о фаянсовое дно.
– Мы поймали его. И его подельников. Остановили это безумие. Но чтобы этого не повторилось, мне нужен заказчик. От вас необходима информация, только и всего.
Швея подняла на меня свои глаза с длинными ресницами, пару мгновений её взгляд словно проходил сквозь, и лишь когда пелена рассеялась, Анна посмотрела мне прямо в душу.
– Месяц назад, в районе двенадцати часов дня, пришел джентльмен и представился мистером Гочи. Сказал, что для дела нужны робы, похожие на такие, как у ДС. Пообещал заплатить целым состоянием. Думала, собираются что-то грабить, я и представить не могла… – голос Анны дрогнул, но она сглотнула и продолжила. – В общем, было несложно. Выкройку я наизусть помню, ткань у меня была. Пять роб сшила за два дня. Без значков службы, но визуально не отличить. Несколько дней назад вернулся мистер Гочи. В то же время. Забрал робу и протянул Экситэйтор. Сказал: «Держи. На черном рынке выручишь не хило. 100%–й «чистый». Выжди, когда слухи наполнят город, а в проулках будут шептаться про «сотые», тогда продашь дороже». Вот я и выждала. Пришли Ликторы и сказали, что я помогала убийцам.
Анна украдкой вытерла лицо.
– Я хочу помочь в поимке, но это всё, что я знаю. Поверьте мне!
Красные, раздражённые трением глаза, не выражали ничего, кроме страха. Страха оказаться в Гикопротории, и мы все понимали, что даже самые выгодные условия «Контракта Туши» будут для Анны смертельными.
– Что ж, я вам верю. Но Экситейтор мы изымем, как улику – это не обсуждается. Если что-то вспомните, или к вам снова обратятся с подобными просьбами – свяжитесь через линию Эфеса с Ликтором Ильиным – это я. Вопросы?
– Что меня ждёт? – руки Анны сжимали колени с такой силой, что кончики пальцев были уже бледными.
– Выговор и мой осуждающий взгляд! – потряс я пальцем. – Почему только криминальным элементам шьёте? А как же служители порядка? Придется вам в наказание помочь старому Ликтору и с его одёжкой тоже.
Я махнул рукой на спинку стула, где всё еще висел плащ.
– Клянусь вам! – словно на пружине подпрыгнула швея и вцепилась в ворот плаща, в мгновение оказавшегося в её руках. – Дайте мне месяц, и я починю ваш плащ! Вы будете довольны!
– Ну вот и отлично, тогда и увидимся. У меня маловато парткойнов в данный момент, но к такому сроку кое-какую сумму мне удастся собрать. Вы же пойдёте навстречу важному клиенту и не будете требовать предоплату?
– Д-да конечно, я найду средства на ткань, будьте спокойны, всё в лучшем виде исполню, товарищ Ильин!
– Это просто замечательно, Анна! – я вытаскивал нужное мне барахло из карманов плаща, в который вцепилась швея. – Тогда на этом всё. Хорошего вам денёчка, более не смеем отвлекать вас от работы.
– Спасибо вам. – Едва различимо прошептала швея, когда мы с Линой уже вышли из квартиры, поэтому неясно, кому предназначались последние слова Анны. Нам или самому Илону?
Номер практически ничего не дал. Всё, что смогла узнать Гера, Экситейтор не является подделкой и действительно был произведен в ДС, и это единственное, что удалось выяснить. Анализ же пробы, взятой дроном кадета, требовал большего времени, чем мы располагали. Вот и выходит, что мы едем обвинить всемогущую монопольную корпорацию, старательно поддерживающую филантропический имидж, в халатности, сокрытии сведений и организации убийства двадцати четырёх граждан Города–3B3Х, не имея на то прямых улик.
– Хитро вы про сына наплели, – закончив с дроном, отметила Лина.
– Хочешь, чтобы в твою ложь поверили – скажи правду, – пожал я плечами. – Да и если бы просто использовали допуск Ликтора, голосовой помощник оповестил бы Анну, кто к ней поднимается. Как думаешь, что первым делом она бы сделала?
– Уничтожила Экситейтор. – Закивала кадет.
– Да. И тогда от Гикопротория ей было бы не отвертеться.
– А того, что она
– Ну, дубинка у тебя есть, вперёд. Я подожду в машине.
– Если б она сообщила в Эфес, смертей можно было бы избежать, – моя колкость в очередной раз была пропущена мимо ушей.
– Да, а если бы Гочи не был убийцей, то он бы никого не убил, – фыркнул я. – Брось, Эбберт. Она лишь сшила чертовы куртки. Даёт, а не отнимает, понимаешь? Так за что же её судить?
– Признайтесь, вы так говорите только потому, что она починит ваш плащ.
– Тем более! Святая женщина.
– Всё ясно. Наговорила вам чуши про ядовитый клей, а вы и размякли. – Вздохнула Лина и, прислонившись к окну, принялась теребить стеклоподъемник.
