Дворецкий семьи Мордевиль, Стен Роджервус, был единственным здесь человеком, с которым Алукард смог здесь не только поладить, но даже можно и сказать подружиться. Это произошло двадцать лет назад, как только Артур Мордевиль, притащил сюда Арбудраха и под страхом смерти, не его, его личная смерть не сильно тревожила, а угрожая убить Майну, сделал то роковое предложение, набросить печать рода Мордевиля.... После этого страшного события, он очутился словно в каком-то вакууме, у него отняли буквально всё: его дом, силу, любимую женщину, даже имя. Единственной целью, для него стала служба хозяину и сильно изматывающие желание угодить ему любым способом. Арбудрах, так называл его Артур Мордевиль, стал его хозяином и мучителем, которому ни что так не доставляло удовольствия, как заставлять убивать его своих же сородичей. И так волей-неволей лорд Арбудрах, стал на страже мира живых людей;- ночью сносил головы, таким же вампирам, как и сам, разрывал в клочья разных монстров и упырей, а днём был, просто игрушкой не только в руках Мордевиля, но и его крошечной дочери, что не стеснялась показывать свой характер и кто в доме хозяин. И только дворецкий Стен, смотрел на него пусть ни с жалостью, то хоть бы с каким-нибудь сочувствием. Пытался поддержать как мог, развлечь или отвлечь от гнетущихся мыслей, не был с ним надменным и первым попытался завязать с ним дружеские отношения, правда, до сих пор Арбудраху, было не понятно, зачем ему это было нужно? Может просто исполнял волю хозяина, ведь Артур мог бы запросто заставить Стена, делать всё это, чтобы контролировать вампира ещё и с этой последней боле человеческой стороны, откуда он ещё оставался уязвим. А, может, верный слуга Артура, это делал по какой-то только ему известной причине, но Арбудраху, не задумывался над этим, отчасти ему было уже это всё ровно. Просто было приятно, что хоть кто-то относится к нему в этом кругом пропитанному врагами месте по-человечески, как к равному.
Так, как вампир знал и то, что, несмотря на эту дружелюбность Стен Роджервус, всегда оставался преданным слугой своего хозяина, и что если бы Арбудрах, хоть раз самостоятельно попытался б сбросить с себя силу печати, то он был бы первым, кто проткнул бы его сердце осиновым колом...
- Леди Катрина вы куда-то уходите?- учтиво спросил Стен, наблюдая за своей хозяйкой, как она натягивает серый пиджак и поправляет перед зеркалом галстук бабочку.
- Да мне нужно выйти, - лишь для приличия ответила девушка, хоть и обязана была ни перед кем в этом доме отчитываться,- к ужину меня не ждите!- она быстрым шагом направилась к выходу.
- Может, прислать за вами шофёра?- также для приличия спросил дворецкий.
- Не нужно!- отмахнулась Катрина,- я и сама водить умею! До свиданья!
- Леди!- окликнул её Стен, она нехотя обернулась,- вы выглядите расстроенной, и глаза у вас какие-то красные, плакали что-ли? Может вам всё-таки не стоит уезжать так поздно одной? - на эту тираду мисс Мордевиль лишь засмеялась.
- Я никогда не плачу, Стен, и ты это знаешь лучше, чем кто-либо,- улыбаясь, произнесла она,- доброго вам вечера!- с этими словами она закрыла входную дверь, очутившись на сырой, окутанной туманом улице.
- Ага, и вам, хорошо провести время, госпожа,- выдохнул Чёрный Ангел.
Сама не зная, как так получилось, после того, как долгого и бесцельного исколесив туманные улицы Лондона Катрина, оказалась в каком-то непонятном квартале, с непонятно какими постройками. Проехав ещё метров двести, машина издала жалкое скуление и резко остановилась возле самой бордюры.
- А чтоб тебя!- в сердцах вымолвила юная леди, только сейчас посмотрев на спидометр. И только теперь заметив, что стрелка на определяющая уровень бензина в баке, сползла на ноль,- вот дура!- ругнула она себя.- И почему я не догадалась дома машину заправить!
Тяжело вздохнув, она положила локти на руль и, склонив на них голову, несколько минут, так посидела, всматриваясь в тягучую туманную мглу, за лобовым стеклом.- И что теперь делать?- задала она чисто риторический вопрос, вытаскивая с кармана пачку сигарет, и прикуривая одну.
Салон машины заполнил едкий, удушливый дым, но она даже не обратила на это малейшего внимания, даже не удосужившись открыть для приличия форточку, в машине, сидела и сидела, смотря впереди себя ничего не видящим взглядом, всматриваясь в замысловатые клубы тумана за стеклом, что совсем заполонил всё вокруг. И тут, словно на яви совершенно ясно Катрина увидела, как эти тягучие серые облака расступились, словно по взмаху волшебной палочки расступились, и пред её взором, словно на огромном экране кинотеатра встала следующая картина.
Её совсем ещё молодой отец Артур Мордевиль, стоял посреди прихожей в вечернем фраке, заканчивая завязывать галстук, а она совсем ещё маленькая белокурая, курносая девочка стояла возле него и просила:
