– Дерьмо! Никого из них уже нет в живых, – подавленно пробормотал размороженный. – Чёрт бы побрал этот «великий план»! Я надеюсь, мои друзья передали своим потомкам всю информацию и наши мобильники, работающие по шифрованным каналам связи… Я ваш должник. Расскажите кто вы такие.
– Меня зовут Рик. Мои предки были беженцами из Гексагона, с которыми повстанцы связывались по радиосвязи до разгрома вашего движения, – взялся пояснять старик, поочерёдно указывая на всех рукой. – Это Артур – современный уроженец Гексагона, сумевший выбраться из него несколько месяцев назад, а ныне вождь самого развитого из вольных племён окрестных лесов. А это наши друзья – Алия, Булат и Доран. Они потомки людей, живших во времена старой цивилизации в горах и на дальнем севере, а позднее расселившихся по тем территориям, что освободились после сноса Мегалополиса.
– Вот так дела! – воскликнул размороженный. – И попробуй не верь после этого в судьбу! Я мог торчать здесь тысячу лет, до тех пор, пока этот «холодильник» не вышел бы из строя, но сама фортуна привела вас ко мне. Ну, теперь моя очередь представиться. Повстанцы и друзья называли меня Механик, или сокращенно Мех, а тебе, Артур, я наверняка более известен под именем Александр Кардин.
Поражённый услышанным, Артур замер, глядя на этого человека широко раскрытыми глазами. Увидеть живого Основателя, одного из авторов Великого Плана, да ещё и в лице мятежника, лидера борцов за свободу – такого поворота событий он не мог себе даже представить.
– Я так и знал, что ты отреагируешь именно так, – прокомментировал Кардин. – Похоже, придётся мне объясниться, прежде чем мы приступим к делу… – он уселся на стул, что свидетельствовало о немалой длительности предстоящего рассказа, и начал своё повествование:
– В то время, когда я, в числе верховенства Основателей, участвовал в разработке Великого Плана, всё придуманное нами казалось мне вполне нормальным и справедливым. Однако, как выяснилось в дальнейшем, это было большим заблуждением, ведь легко планировать отказ от того, чего никогда в жизни не имел и даже не видел.
Через три года после Глобального Совета, я прилетел на один из полигонов по восстановлению биосферы, чтобы разобраться со сложной поломкой одного из дронов-помощников, и увидел зеленеющие луга от горизонта до горизонта. В тот момент во мне что-то щёлкнуло, и я стал использовать каждую возможность выбраться из города и побывать в разнообразных экологических зонах, где усердно трудились биологи.
Тогда были освобождены ещё не все территории бывшего Мегалополиса, Стена не была достроена, а некоторые люди имели право покидать Гексагон для участия в работах по восстановлению природы, и я был одним из них. Проводя массу времени вне периметра резервации, я всё больше и больше привыкал к окружающим меня растениям, буйно растущим деревьям и снующим по ним животным. Но когда наступил десятый год от начала реализации Великого Плана, оказалось что скоро Стена уже будет достроена, все территории будут окончательно очищены, а правительство больше не будет нуждаться в услугах техников-механиков вне границ Гексагона…
Я узнал, что в последующие десять лет право покидать резервацию будут иметь только биологи с особым доступом, которым поручили исполнить заключительные этапы восстановительных работ. Оказавшись на обочине дороги, ведущей к светлому будущему, я осознал всю ущербность нашего плана. И тогда я начал искать единомышленников, а их среди моих бывших учеников оказалось немало.
Пока ещё работали пропуска специалистов по технике, я, вместе со своими друзьями, тайно вывозил из Гексагона всех, кто желал его покинуть. В ходе проведения ежедневных техосмотров, мы прятали людей в грузовые отсеки беспилотников, закреплённых за определёнными экологическими зонами, и намеренно создавали условия для их поломки в течение работы в полях, затем стремились прибыть на место раньше дронов-ремонтников и выпускали беженцев.
Так всё и шло до того самого дня, когда я вдруг обнаружил, что мой пропуск аннулирован. Мы не знали точной даты завершения работ для техников, поэтому привычно занимались своими делами без остановки и всё равно не успели вывести всех желающих, да ещё и я сам остался в Гексагоне. Я просто не смог выйти в один из своих рабочих рейсов, так как на контрольно-пропускном пункте, ведущем наружу, мне отказали в проходе.
Недолго думая я собрал повстанческий отряд из боеспособных соратников и мы отправились на штурм одного из транспортных порталов в Стене. Нас встретили силовики. Завязалась перестрелка. Мы надеялись на равный бой с такими же вооружёнными людьми как и мы, но им на помощь пришли правительственные боевые дроны, о существовании которых не имел понятия никто, даже я.
