— Кто тебя за язык дёрнул?! — огрызнулся я на Гошу.
— Простите, господин.
— Может, объяснишь? — скрестил руки Вайтрус.
— Дело в том, что я не человек и не гандахарец. Я вообще не из этого мира… — начал я рассказ, но меня перебили.
— Я уже думал, что твои способности слишком странные, но, чтобы настолько… — сказал Вайтрус.
— Я ничего не понимаю… — покачала головой Лиза.
— Я думаю, они имеют право узнать, — сказал Аркел.
— Хорошо. Я, конечно, тот самый Аск, которого вы знаете, но это лишь одно из многих моих имён. Моë настоящее имя Массадар. И я Хранитель…
********************
На следующий день. Империя Гандахар. Тхара. Дворец герцога Эвельхайм.
Дед мурыжил меня целый день, он отказывался открыть портал домой, ссылаясь на то, что я опять наломаю дров, а расследованием занимаются лично отец и Матеас. Что касается бати: узнав о смерти любимого внука, он долго не мог прийти в себя. С пеной у рта он отчитывал всех, кто находился во дворце, а затем лично казнил стражу, что дежурила в день смерти Томаса.
Затем в герцогстве началась тотальная зачистка. Облава коснулась не только наёмников, авантюристов и разбойников, промышляющих наёмными убийствами, но и любых подозрительных граждан.
Из-за произошедших в империи событий, академия приостановила свою работу и объявила на месяц внеочередные каникулы. Поэтому у нас появилось время на решение неотложных дел.
Я всё-таки смог уломать деда открыть мне портал, но он сказал, что сделает это завтра, так как ещё не восстановил ману после переноса целой армии.
Весь день я провёл в компании ребят и моих девчонок. В основном, расспрашивая Анатиэль о её ощущениях. Девушка сильно удивилась, когда от моего прикосновения у неё появились белоснежные крылья. Я рассказал историю про Массадара и Изабеллу, а также о том, что каким-то образом соединил души Изабеллы и Ани, ну и о том, что сделал её своим апостолом. Кроме потери памяти, никаких других побочных эффектов у неё не появилось. Зато она обрела возможность выпускать крылья и её физические возможности троекратно возросли.
Утром дед, как и обещал, открыл нам портал в Тхару. Не знаю почему, но состояние Камилы меня волновало больше, чем смерть ребёнка. Возможно, потому что я не так часто его видел и не успел привязаться, а может и просто из-за того, что я мудак. Сейчас я с ребятами стоял в нашем дворце возле дверей моих покоев.
— Она не выходила из спальни и ничего не ела уже четыре дня, — грустно сказала Изольда.
— Идите. Я хочу поговорить с ней наедине. Скажите служанке приготовить для Камилы обед.
Я зашёл в свои покои и направился в спальню. Дверь была заперта на замок, поэтому сначала я постучался и попытался позвать жену:
— Камила, это я. Открой дверь.
В ответ тишина. Появилось плохое предчувствие и я, повинуясь интуиции, выбил дверь и забежал в спальню.
— ДУРА! — крикнул я, увидев Камилу в луже крови.
Я сидел на кровати и аккуратно кормил Камилу с ложечки странноватого цвета похлёбкой, которую приготовила Лаврия. А всё потому, что моя глупая жена, не выдержав потери ребёнка, решила свести счёты с жизнью и перерезала себе вены. Дура, блядь! Хорошо, что я успел.
Знали бы вы, каких пиздюлей я отвесил всем местным "фройлинам", которые вместо того, чтобы попытаться как-то поддержать подругу, оставили её тихонько горевать в одиночестве. Но самый пиздец в том, что эти тупые курицы ещё и сказали всем не беспокоить её, видите ли, ей лучше побыть одной! Ну и как в таком диком мире не сойти с ума и не стать конченым маньяком?
После того, как я покормил девушку, мы целый день молча лежали в обнимку. Говорить не хотелось ни ей, ни мне. Да и ни к чему это. Когда она наконец уснула, я тихонько встал и вышел в гостиную. По моему приказу охранять Камилу остались три тени из труппы жнеца. Оставлять её одну мне не хотелось, мало ли, что ещё взбредёт в голову…
— Нашли что-нибудь? — спросил я у сидевшего на кресле Арлекина.
— Да, мастер. Следов проникновения нет, либо работал настоящий профессионал, либо среди нас предатель. Георгий был прав насчёт яда, по словам Изольды, которая первой заметила смерть вашего сына, все симптомы схожи с отравлением ядом виверны. Достать его можно только в столице, либо найти гнездо виверн и подчинить одну из них, что проблематично, — доложил мой телохранитель.
— Проверили всех, кто был во дворце?
— Вы придерживаетесь версии, что отравитель кто-то из своих?
— Да. Причём, скорее всего, кто-то из близких. Нельзя так просто пробраться во дворец мимо гвардии.
— Мы не осмелились без вашего приказа проверять членов семьи, а что касается прислуги: ничего подозрительного не обнаружилось даже под гипнозом.
— Всё равно что-то не так… Вы точно ничего не упустили?
— На всякий случай мы перепроверим всё ещё раз, а что по поводу вашей семьи?
— Проверяйте всех. Даю полную свободу действий.
— Будет исполнено, мастер.
