Вся дальнейшая церемония была не особенно интересна. Вручали дипломы. Болтали всякую дежурную чушь. Все усиленно изображали некоторое воодушевление. Я отошел немного в сторонку.
– Корт. Давайте, как можно быстрее следуйте в дом престарелых. Скажите Рою и метру Расселю, что мои четырнадцать одноклассниц и Богиня скоро будут нашими гостями на обед. Ленард почти наверняка тоже будет, всех остальных отсечь. Родителей, чиновников, министров – всех и решительно. Вы все поняли?
– Лойт, – тот выглядел ошалевшим, – все понял. Я думал, что вы восемь лет назад пошутили так насчет обеда Богини у нас. Сейчас только до меня дошло, милорд, что вы и тогда уже все делали всерьез. Все сделаю, не сомневайтесь.
Желание Богини пешком пройтись до дома престарелых было воспринято местным руководством и правительством несколько неадекватно. Однако с ней никто поспорить не мог. Кто бы сомневался? Мои одноклассницы смотрели на нее завороженно. Именно они и составили для нее почетный эскорт. Меня почему-то каждая из них норовила ущипнуть втихомолку за мягкое место. Заколебали, я уже начал даже по рукам бить.
– Привет, сыночек. Эти девушки – твои одноклассницы, значит, – Ленард материализовалась практически сразу, когда мы уселись за стол. Корт не оплошал: рядом с Богиней имелось свободное место, для нее и предназначенное. – Сидите, уж, девушки. Лойт, нам с мамой теперь без всяких вариантов и без всяких экзаменов наших представителей придется всем твоим одноклассницам вручить каждой по камню Графини, никуда не деться. Ты их всех графинями и сделал, усиленно изучая даже и не их нижнее белье, а то, что под ним.
– Мама, что за пошлые намеки? Мне немного стыдно. Все всегда было по обоюдному согласию. Заодно, действительно, немного им помог повысить свой энергетический уровень. Мама, зачем ты про это, и так неприлично?
– Я бы ничего не говорила по этому поводу, если бы ты ограничился двумя-тремя девушками, но ты ведь их буквально всех оприходовал. Отец твой тоже был самец законченный и сексуальный маньяк, но ты переплюнул всех своих предков, никто из них не додумался себе гарем организовать.
– Мама, перестань говорить гадости всякие, лучше скажи что-нибудь приятное для всех. И вообще, у нас сейчас такой обед будет, что можешь про все забыть. Заметь, бабушка не говорит про меня всякую ерунду, не обижает девушек и меня. Она ждет подачи блюд, ничуть не пожалеет она об этом. Метр Рассель – подлинный волшебник высочайшего уровня.
– Лойт, – бабушка в этот день не отличалась многословностью, – сколько раз тебе говорить, чтобы ты не называл меня бабушкой? Называй как все – Богиней, «ваша милость», в конце концов.
– Лойт, – Лерта была как всегда первой, – я всегда знала, что не зря отдалась тебе в свое время. Если бы мой папочка узнал, кого он называл кобелем безродным, он бы съел все свои головные уборы. У каждой из нас ведь были разговоры с родителями по поводу тебя. Если бы стало известно, что Ленард – твоя мама, а Богиня… То нас всех насильно под тебя подкладывали бы. Я, дура такая, еще опасалась забеременеть. Как я теперь жалею об этом. Идиотка! Плакать хочется!
– Лерта, давай ты не будешь говорить всякие глупости, тем более что в свое время ты совсем не желала мне никаким образом отдаваться. Два года потратил на то, чтобы только на грудь твою взглянуть. Пришлось подождать, пока тебе девятнадцать годков исполнится. Молчи лучше.
Переместился непосредственно в спальню королевы. Ее мужа не было, слава Богине, а то бы могло получиться несколько неудобно. Мое прибытие она почувствовала мгновенно, шевельнулась и села на кровати, разглядывая меня. Я усмотрел некоторую бурлящую магическую воронку – в спешном порядке возводились дополнительные щиты и бастионы магической защиты.
– Здравствуйте, Лайна, – старался изображать добродушие и невозмутимость. – Сейчас не буду вас целовать в щечку на правах родственника, но когда вы мне разрешите, я это сделаю. Меня зовут Лойт Версорио.
– Лойт, – она была невозмутима, – позвольте, гляну на вашу ауру? Я уже старенькая, оскорблением для вас это не должно быть никоим образом. Я после этого сразу же разрешу поцеловать меня в щечку. Разрешаете?
Наш короткий и еще не начавшийся толком разговор грубо прервали. Распахнулись двери, в которые ввалилась толпа людей, точнее, полная семерка телохранителей. Некоторые из них заезжали в спальню, катясь по полу на спине. Еще одна семерка материализовалась между креслом, на котором я сидел и кроватью королевы.
– Разрешаю в порядке исключения и только один раз, – я был сама любезность. Насчет того, что вы старенькая – вы все-таки преувеличиваете.
Через секунду королева неопределенно так махнула рукой.
