Ворота были настолько огромны, что плазмолет мог залететь внутрь, но как их открыть? И тут горбун вновь проявил свои познания. Жезл – вот ключ. Мериадок предложил сделать это, но осторожный великан, сказал, что он не настолько туп, чтобы не открыть вход. В нижнем правом углу зияло отверстие, диаметром чуть больше жезла. Элигорн приказал всем занять места в плазмолете и ждать его команды. По причине своего высокого роста, он встал на колени и вставил железку в гнездо. Повернул ее за набалдашник. Изнутри, что-то заурчало, и раздался страшный скрежет. Створки ворот медленно расходились в разные стороны, открывая доступ в помещение. Ученый не успел выпрямиться, как на него непонятно откуда, налетела целая стая горбунов-химер. Немудрено в такой ночной тьме их не заметить. Это были воины племени Ургу. Элигорн с легкостью разбрасывал многочисленных нападавших противников. Кожа на теле великана в нескольких местах буквально лопнула от разрывов пуль. Он взвыл от боли и буквально ввалился внутрь саркофага, увлекая за собой несколько десятков тварей. Свинцовый град прошил правое крыло плазмолета, обшивка загорелась. Алексей Васильевич-Фовас не растерялся. Поднял машину на двадцать метров от земли. Он прекрасно помнил, как непреднамеренно уничтожил людей на окраине Москвы. К воротам было уже не подойти. Там бушевало пламя, исходящее от сопел машины. Химеры сгорали как сушеные листья. И были вынуждены отступить, неся огромные потери. Плазмолет, словно на огромных качелях под острым углом спикировал вовнутрь. Роман-Элум выскочил из кабины и с помощью двух пистолетов принялся добивать попавших в помещение врагов. Никто не заметил, как Мериадок оказался у выхода. Роман-Элум громко закричал: 'Убегаешь гад' и направил свое грозное оружие на покалеченного горбуна. В спине образовалась кровавая точка, но химера продолжала ползти к воротам. Мериадок с огромным усилием, несмотря на тяжелое ранение, поднялся, опираясь на косяк. Поднял лапу вверх и нажал на кнопку. Ворота медленно стали закрываться. Затем горбун медленно повернулся к людям и, тихо прошептав ' я только хотел спасти вас и себя', замертво рухнул на пол.
Элигорн сидел и стонал от боли. Две раны красовались на его груди и одна в боку.
– Тебя надо перевязать, но чем?- воскликнул Роман-Элум.
– Я через пять – шесть часов регенерируюсь, мне просто нужно отлежаться. А все-таки, жаль этого Мериадока, он был честен с нами – после небольшой паузы добавил Великан. Друзьям было действительно, очень жаль это несчастное существо.
По периметру комнаты тускло горели четыре светильника. В центре зала располагался громоздкий пульт с мерцающими лампочками. Из дальней шахты доносился приглушенный звук мотора. Похоже, это автономная электростанция. Элигорн со стоном поднялся и направился к приборам. Он спокойно и без тревоги в голосе сообщил друзьям, что жезл остался снаружи. Склонился над столом и принялся внимательно изучать надписи. В это время ворота вновь заскрипели. Роман-Элум кинулся к тому месту, где лежал Мериадок. Нащупал спасительную кнопку и, нажав на нее, не отпускал. Ворота вновь плотно закрылись, но не переставали ворчать, словно выбирая, кому подчиниться. Ситуация становилась опасной. Если механизм откажет, то ворота или распахнуться, или никогда не откроются. В любом случае для них это смерть. Ученый что-то переключил на панели управления и механизм ворот замолчал.
– Пускай эти гады теперь балуются со своей бесполезной игрушкой. Я перевел все управление в ручной режим, – засмеялся великан.
Когда глаза привыкли к темноте, друзья увидели на противоположной стене несколько огромных мониторов. Они сливались с поверхностью и были едва заметны.
Элигорн, превозмогая жгучую боль, продолжал изучать приборы. Нажал на белую кнопку, и экраны засветились. Это было наружное видео наблюдение. Но только на одном мониторе сверкали тусклые язычки пламени от догоравших перед воротами трупов химер, и сновали тени живых врагов. Когда он повернул два рычажка, то снаружи вспыхнули прожекторы и ярко осветили окрестности, но при этом далекий генератор натужно загудел и ученый быстро выключил свет, опасаясь, что единственный источник электроэнергии попросту сгорит. Но и этого мгновения было достаточно, чтобы люди смогли увидеть мириады кишащих около саркофага химер-горбунов. Твари в ужасе отпрянули от вспыхнувшего яркого света. Надо было видеть их испуганные рожи.