– Ты что, правда?.. – начал Питер.
– Где, тебе кажется, ты его видела? – спросила Сьюзен.
– Не говори, как взрослые, – сказала Люси, топнув ногой. – Мне не кажется, что я его видела. Я видела его.
– Где, Лу? – спросил Питер.
– Прямо между теми рябинами. Нет, по эту сторону ущелья. И выше, не вниз, как раз в обратную сторону, чем вы хотите идти. Он хотел, чтобы мы шли туда, где он был, – вверх.
– Откуда ты знаешь, что он этого хотел? – спросил Эдмунд.
– Он… я… я… просто знаю, – сказала Люси. – По его лицу.
Все остальные переглядывались в недоуменном молчании.
– Ее величество вполне могли видеть льва, – вставил Трам. – Мне говорили, в этих лесах они водятся. Однако он может быть таким же диким и бессловесным, как тот медведь.
– Ой, не будьте таким глупым! – воскликнула Люси. – Вы думаете, я не узнаю Аслана?
– Если он из ваших прежних знакомцев, то должен быть весьма престарелым львом, – заметил Трам. – А если он и тот самый, что помешало ему одичать вместе с другими?
Люси густо покраснела и, думаю, бросилась бы на Трама, если бы Питер не удержал ее за руку.
– Д.М.Д. не понимает. Да и откуда ему? Ты должен усвоить, Трам, что мы действительно кое-что знаем об Аслане, пусть даже самую малость. И ты не должен больше так говорить о нем. Во-первых, это не доведет до добра, во-вторых, все равно окажется глупостью. Единственный вопрос: действительно ли Аслан был здесь?
– Я знаю, что был, – сказала Люси, и глаза ее наполнились слезами.
– Да, Лу, но мы-то не знаем, сама понимаешь, – отвечал Питер.
– Ничего не остается, кроме голосования, – промолвил Эдмунд.
– Отлично, – ответил Питер. – Вы – старший из нас, Д.М.Д. За что вы голосуете? Вверх или вниз?
– Вниз, – сказал гном. – Я ничего не знаю об Аслане, но я знаю – если мы повернем вверх и пойдем по ущелью, то можем идти весь день, прежде чем найдем, где через него перебраться. Если же мы повернем вправо и пойдем вниз, то через пару часов будем у Великой реки. И если здесь и впрямь где-то есть львы, надо уходить от них, а не идти к ним.
– Что ты скажешь, Сьюзен?
– Не сердись, Лу, – проговорила Сьюзен, – но, я думаю, надо идти вниз. Я устала до смерти. И никто из нас, кроме тебя, ровным счетом ничего не видел.
– Эдмунд? – спросил Питер.
– Ну вот что, – произнес Эдмунд торопливо и слегка краснея. – Когда мы впервые открыли Нарнию год назад – или тысячу лет назад, неважно, – ведь это Люси открыла ее первая и никто из нас ей не поверил. Знаю, я был хуже всех. И все-таки она оказалась права. Не лучше ли на этот раз ей поверить? Я за то, чтобы идти вверх.
– Ой, Эд! – воскликнула Люси и схватила его за руку.
– Теперь твоя очередь, Питер, – сказала Сьюзен, – и, надеюсь…
– Ой, молчи, молчи, дай мне подумать, – перебил Питер. – Я предпочел бы не голосовать.
– Вы – Верховный Король, – строго сказал Трам.
– Вниз, – произнес Питер после долгого молчания. – Я знаю, может быть, Люси потом окажется права, но я ничего не могу поделать. Мы должны выбрать что-то одно.
И они двинулись вдоль обрыва направо, вниз по течению. Люси шла последней, горько плача.
Держаться края ущелья оказалось не так просто, как представлялось. Не пройдя и нескольких ярдов, они наткнулись на молодой ельник, растущий на самом краю обрыва. Минут десять они продирались через него, то и дело застревая, потом поняли, что так на каждые полмили потребуется час. Тогда они вернулись и пошли в обход. Это увело их куда дальше, чем хотелось бы, они потеряли из виду обрыв и уже не слышали шума бегущей воды, так что даже испугались, что не смогут снова отыскать речку. Никто не знал, который час, но приближалось самое жаркое время дня.
Когда они выбрались-таки к ущелью (почти в миле от того места, с которого начали обходить ельник), то обнаружили, что на их стороне обрыв стал гораздо ниже и не такой отвесный. Вскоре им удалось спуститься и продолжить путь вдоль самой реки. Впрочем, сначала они отдыхали и долго пили. Никто уже не говорил о завтраке или даже обеде с Каспианом.
Наверное, это было разумно – идти вдоль реки, а не над обрывом. По крайней мере, они не сомневались, что идут в нужную сторону. Особенно после ельника все боялись слишком сильно сбиться с курса и потеряться в лесу: лес был старый, непроходимый, в нем невозможно было придерживаться сколько-нибудь прямого пути. Непролазные заросли ежевики, поваленные деревья и густой подлесок то и дело преграждали дорогу. Однако по ущелью Стремнинки идти было тоже не сахар. Я хочу сказать, это было не лучшее место, когда торопишься. Для вечерней прогулки с пикником оно бы подошло как нельзя лучше. Здесь было все, что можно пожелать для такого случая: гремящие водопады, серебряные каскады, янтарного цвета заводи, замшелые камни и глубокий мох на берегах, в котором можно утонуть по щиколотку, всевозможные папоротники, стрекозы, сверкающие, как самоцветы, иногда ястреб над головой и однажды (как показалось Питеру и Траму) орел. Но, конечно, что дети и гном желали увидеть как можно скорее, так это Великую реку внизу, Беруну, и путь к холму Аслана.
