– Боюсь, этот Мираз свое дело знает, – прошептал доктор, но договорить не успел, потому что со стороны Старой Нарнии полетели вверх шляпы и раздались такие вопли и рукоплескания, что он едва не оглох.
– Что это было? Что это было? – спрашивал доктор. – Мои старые глаза прогля-дели.
– Верховный Король задел его под мышкой, – сказал Каспиан, продолжая аплодировать. – Как раз где у кольчуги разрез. Первая кровь.
– Теперь, кажется, опять плохо, – сказал Эдмунд. – Питер не отбивается щитом, как надо. Должно быть, у него повреждена левая рука.
Так оно и было. Все видели, что щит Питера безвольно повис. Крики тельмаринов возобновились.
– Ты видел больше сражений, чем я, – сказал Каспиан. – Есть еще какой-нибудь шанс на победу?
– Очень маленький, – отвечал Эдмунд. – Если он вытянет, то еле-еле. Если повезет.
– Ох, зачем мы на это согласились? – сказал Каспиан.
Внезапно крики на обеих сторонах стихли. Эдмунд сначала удивился, потом сказал:
– А, понял. Оба согласились на передышку. Идемте, доктор. Может быть, мы сумеем чем-то помочь Верховному Королю.
Они подбежали к арене. Питер вышел за веревки к ним, лицо у него было красное и потное, грудь тяжело вздымалась.
– Ты ранен в левую руку? – спросил Эдмунд.
– Не то чтобы ранен, – отвечал Питер. – Я принял на щит всю тяжесть удара – словно вагон кирпича, – и край щита ударил мне по запястью. Я не думаю, что это перелом, скорее растяжение. Если вы перевяжете потуже, я думаю, что справлюсь.
Пока они возились с бинтом, Эдмунд спросил тревожно:
– Что ты о нем думаешь, Питер?
– Трудно, – сказал Питер. – Очень трудно. У меня есть шанс, если я заставлю его прыгать, тогда его вес обернется против него и он начнет задыхаться – на такой-то жаре. Правду сказать, это моя единственная надежда. Передай мой привет всем – там, дома, Эд, – если он меня победит. Ну, вот он уже идет на арену. Пока, старик. До свидания, доктор. И еще, Эд, скажи что-нибудь особенно хорошее Траму. Он был молодчина.
Эдмунд не мог говорить. Он пошел с доктором обратно к своим, под ложечкой противно ныло.
Однако новая схватка началась неплохо. Питер, кажется, теперь мог пользоваться щитом, и уж, конечно, он отлично пользовался своими ногами. Он почти играл с Миразом в салки, держась на расстоянии, то и дело меняя позицию, заставляя врага потрудиться.
– Трус! – издевались тельмарины. – Почему ты не сходишься с ним? Не нравится, а? Ты сражаться пришел или танцевать? Фью-ю!
– Надеюсь, он их не слушает, – сказал Каспиан.
– Он – нет, – отвечал Эдмунд. – Ты его не знаешь. Ой!
Мираз нанес-таки удар по шлему Питера. Питер покачнулся и упал на одно колено. Рев тельмаринов нарастал как грохот бури.
– Ну, Мираз! – вопили они. – Быстро! Быстро! Убей его!
Но подстрекать узурпатора было незачем. Он уже возвышался над противником. Эдмунд до крови закусил губу, когда меч обрушился на Питера. Казалось, он разрубит ему голову. Благие небеса! Он соскользнул на правое плечо. Сплетенная гномами кольчуга звякнула и выдержала.
– Молодец! – крикнул Эдмунд. – Он опять встал. Питер, ну же, Питер!
– Я не понял, что произошло, – сказал доктор. – Как он это сумел?
– Ухватился за руку Мираза, когда она опустилась, – объяснил Трам, приплясывая от восторга. – Вот человек! Использовать руку врага, как перила! Верховный Король! Верховный Король! Держись, Старая Нарния!
– Глядите, Мираз злится, – сказал Боровик. – Это хорошо.
Противники и впрямь рубились с остервенением. Невозможно было поверить, что в этом шквале ударов никто еще не убит. Возбуждение нарастало, крики почти стихли. Зрители затаили дыхание. Это было разом и жутко, и величественно.
И снова раздались крики из рядов Старой Нарнии. Мираз упал – не от удара, а ничком, споткнувшись о кустик травы. Питер отступил, ожидая, когда тот поднимется.
– Ну вот еще, – пробормотал Эдмунд про себя. – Обязательно ли быть таким благородным?.. Наверное, обязательно. Раз он рыцарь и Верховный Король. Наверное, Аслану бы понравилось. Только этот скот через минуту встанет и…
Но «этот скот» больше не встал. У Сопеспиана и Глозеля наготове был свой план. Как только они увидели, что их король упал, они бросились на арену, крича: «Измена! Измена! Нарнийский предатель ударил короля в спину, пока тот лежал беспомощный! К оружию! К оружию, Тельмар!»
