А что "остальные"? Мы с Эплджек переглянулись. Не знаю, как в моих, а в ее глазах четко читалось одно: "Нельзя допустить, чтоб она "отмечала" одна. Сопьется к Дискорду". Мы вздохнули. Вновь обещалась веселая ночка.
Ночь уже начала превращаться в утро, когда мы, наконец, перестали "отмечать". Нет, конечно, то, "чем" отмечать не кончилось. Просто, наконец уснула Дэш, а без нее все это быстро сошло на нет. Почти все уснули ненамного позже ее. Почти, потому, что мы с Эплджек еще как-то держались, привалившись друг к дружке и глядя в приоткрытое окно. Совершенно, впрочем, непонятно на что глядя, ибо видно не было ни зги.
Именно поэтому мы были единственными, кто тогда услышал этот жуткий звук…
Звук металла с мерзким скрежетом трущегося об металл!
Дикий, надрывный визг тормозов!
Поезд бешено дернулся, кидая нас об стол! Полетели на пол вещи. Зазвенела, разбиваясь, посуда. Посыпались со столов пустые бутылки.
Треск!
УДАР!
Громкий, подобный взрыву, хлопок!
Скрежет рвущегося металла!
Вагон, резко завалился на левый борт.
На мгновенье мелькнуло ощущение, что он куда-то падает. Все мы, кто проснувшись, кто нет, с криком полетели друг на друга и на то, что когда-то было левой стенкой вагона, а сейчас, по-видимому, решило примерить на себя роль пола. Все, что я успел, это покрепче обнять Эплджек и Скуталу, спавшую по другую сторону от меня и постараться каким-то образом упасть раньше них. Кажется, это удалось. Краем глаза заметил, что ЭйДжей вроде бы поймала на себя Блум.
Что-то ударило меня по голове.
Наступила уже привычная темнота.
"Ну почему мне всегда достается по голове?" — мелькнула в темноте первая мысль. Не вдаваясь больше в философию и понимая, что, по крайней мере, жив, я попробовал открыть глаза. Напрасно. Это почти ничего не дало. Света в вагоне не было. Пробивался, правда, откуда-то сверху лунный свет, но его еле хватало на то, чтобы разобрать контуры предметов, да и эта бурая пелена перед глазами…
Прямо передо мной лежала Эплджек. Блеснул в лунном свете приоткрывшийся глаз:
— Ч-че эт было… — выдохнула она.
— Эт-то? Это *некая странная разновидность пушного зверька*! — ответил ей голос Скуталу откуда-то из-за моей спины.
— Уй… Да выпустите вы м-меня-я… — между мной и ЭйДжей кто-то зашевелился. Качнулся в лунном свете громадный бант.
— Эп-пыл Блум, ты в п-рядке? — все также тихо прошептала ЭйДжей.
— Да. Вроде. Кроме т-того, шо вы меня придушили. Фу… И отравили…
— ЭйДжей… Ты с-ма-то как? — выдавил из себя я, с трудом узнавая собственный голос.
— Жива навродь…
— Скут?
— А че ми-не будит? В п-рядке, канешн!
Я попробовал приподняться. Перед глазами поплыла непередаваемая разноцветная муть, все так же смазанная чем-то бурым, но сесть мне все-таки удалось.
Где-то рядом раздались приглушенные стоны.
— Свити? Ты где? Ты в п-рядке? — Эпл Блум полезла куда-то по битому стеклу.
— Да, — раздался тихий голосок из-за того, что когда-то было спинкой сиденья.
— Дерпи? — начал я перекличку.
— Я тут! — раздалось, почему-то, откуда-то сверху. — Правда, где именно, вот это я не скажу. Я хоть и здорово приложилась, но все равно сейчас почти ниче не вижу. Правда, похоже, что где-то висю. Ща, наверно, грохнусь. Если че — убирайте роги.
— Так. О рогатых, — я на секунду замешкался, сообразив, что сказал, и надеясь, что Свити этого не услышала. — Трикси!
— Спасиб-бо, что и обо мне вспом… нили. — отозвалась та откуда-то из темноты. — Живая я.
— Я тут! В порядке! — не дожидаясь вопроса, дала о себе знать Деринг.
— Из! — окликнул я брата.
— Дэш! — одновременно позвала ЭйДжей, чуть приподнимаясь.
— Мы тут! — слитно позвучали откуда-то слева два нетрезвых голоса.
— Нас прид-вило чем-то. Вст-ть не могу, — продолжил Из.
— Ну… Ты эт… Как бы… Мож-шь и ни торопиться особ… — каким-то странным голосом пробормотала Радуга. Даже не пьяным. Просто странным.
— Скут! П-дняться можешь?
— Ага… — ее нога обхватила меня за шею. Потом вторая, — От-на я! — жарко выдохнула та мне в ухо и уткнулась в шею носом.
— И к-да ток успела… — осуждающе прищелкнула языком ЭйДжей. — К-да мы усе успели…
— Скут… Отп-сти п-жал-ста… А то я ща не встану.
— Агы! — ноги убрались с моей шеи, зато я почувствовал, как чья-то голова уперлась мне в спину. Низко. — А ну под-майси!
Наконец, мы с ЭйДжей сумели, с горем пополам, подняться и на ощупь двинулись в ту сторону, где, судя по какому-то непонятному хрюканью, издаваемому Радугой, лежали они с Изом.
— Мда… — выдавила ЭйДжей, когда мы, наконец, добрались до них. — Мда…
— Ой к-к мила-а… — Скуталу вновь обхватила мою шею. — Не, я пыдызривала, но… Постисялись бы… Тут ить Свити… Хде-та…
Я же молчал и созерцал картину, весьма неплохо освещенную пробившимся через окно вверху лучом лунного света.
На мягкой спинке сиденья, часто и громко дыша, лежала пунцовая, что было заметно даже при таком скудном освещении, и какая-то перевозбужденная Дэш, придавленная Изом, которому, в свою очередь, мешал подняться сорвавшийся с крепления и приваливший их обоих стол. Из при этом… Ну… Наверное, он так пытался выбраться, но выглядели эти движенья… Экзотично.
