— … сила не даётся просто так, — услышал я продолжение какой-то фразы. — Сила даётся только в обмен на большую жертву. На страдание. Хочешь получить физическое преимущество? Например, силу? Получишь, но в обмена на физическое же уродство. Например. Хочешь ментальные способности? Например, предвидеть будущее? Пусть на самый короткий отрезок времени. Заплати моральными страданиями. Несчастной любовью или потерей друга. И хорошо, если тебя предаст он, а не ты его. А ещё у каждой силы есть обратная сторона — уязвимость. Или слабость. У знаменитого героя была его пята. Помнишь?
Я на секунду отвлёкся и посмотрел вниз на лису. Лиса посмотрела на меня.
— … назгулы служат идее Единого Мордора. — продолжал Верен. — Они используют те же принципы инициации. Часто, жертвуют всем хорошим в себе ради большой и бОльшей цели. Чем мы хуже? Чем служение Империи, государству людей, менее важно? Но с тех, кому многое даётся, и больше спрашивается.
Я услышал шипение снизу и опять отвлёкся. Оказалось, что напротив лисы стоял непонятно откуда взявшийся чёрный кот. Морда сплюснутая, злая и наглая. Шрам наискось. Глаза хитрые и зелёные. Оба млекопитающих скалили зубы. Шерсть у обоих была вздыблена. Я громко каркнул, обозначив своё присутствие и сторону поддержки. Кот ещё раз зашипел и ретировался в одну из подворотен.
Я опять прислушался к тому, что происходило внутри башни. Мелодичный женский голос что-то неразборчиво спросил, а комиссар ответил.
— … предвидение — хитрая штука. Да, я могу сравнительно легко предсказать, что произойдёт в следующее мгновение или несколько. Это помогает увернуться от стрелы или подловить врага контр выпадом в ближнем бою. Считай это предчувствием, чутьём. Но долгосрочное предвидение — совсем другой уровень. Говорят, оно доступно специально тренированным оракулам. И то, с оговорками. Будущее — это не один путь. Представь, что через лес ведёт сразу несколько дорог. И проехать можно по любой из них. И все эти варианты видит оракул. Эти дороги где-то сходятся, а потом опять расходятся. Но по какому именно сценарию точно будут развиваться события, предсказать невозможно. Хорошо, если есть узловые точки, которые, нельзя избежать. Пусть это будет мост через реку, где-то посреди леса. И ты можешь сказать, что вот тут-то всё и решится. А в остальном… представь, что тебе нужно объяснить дилетанту что-то сложное, в чём ты хорошо разбираешься, а он нет. Если ты начнёшь говорить правду, всё как видишь, а видишь ты много вариантов и подводных камней, ему будет казаться, что ты сам ничего не понимаешь, не уверен в себе и, вообще, водишь его за нос. Понимаешь?
— Понимаю, — ответил ласковый женский голос. — Но насаживать на кол людей вдоль границы с орками, чтобы напугать и показать свою силу дикарям, это чересчур. Тебе не кажется?
— Это были каторжане, а не местные крестьяне, — отмахнулся Верен.
— Всё равно, — настаивала девушка.
Я изловчился, взмахнул чёрными крыльями и пересел на створку ставни. Теперь я не только слышал, но и видел происходящее в комнате. И о том, что это была девушка, а не, скажем, дородная матрона, мог судить воочию. Девушка была одета в толстую стёганую конопляную тунику, поверх которой был накинут цветастый шерстяной плащ, обернутый несколько раз вокруг её стройной фигуры. Капюшон был скинут, из-за чего были видны рыжие, собранные в хвост волосы и тонкое красивое лицо со слегка вздернутым носиком и большими, суженными к приподнятым уголкам глазами. На ногах у девушки кожаные мокасины, всунутые в деревянные калоши — так удобнее ходить по грязным или покрытым мокрым снегом улицам.
— Естественно, после этого даже проход по улицам Лиона с орочьими головами на пиках легионеров смотрелся, как варварство, — продолжила свою мысль она.
— Понимаешь, — ответил Ворон, как бы не услышав её реплики, — у меня иногда бывают долгосрочные предвидения. Не часто. Но это не ясновидение. Во сне и, как в тумане. Но мне понятно только то, что я вижу тот самый мост. Ту самую узловую, неизбежную точку. И мне эта точка не нравится. И всё, что я делаю, подчинено желанию её избежать. Но это невозможно. А процесс, который мы не можем предотвратить, нужно возглавить и направить в нужное русло. Чтобы, как минимум, уменьшить потери.
— Значит ссылка? — помолчав спросила лиса.
— Ты знаешь, это приказ самого префекта. А значит, приказ Императора. Я не могу ослушаться золотого браслета.
