Соблюдая оговорённый порядок, отряд тронулся в путь. Спустя шесть часов они обогнули по дуге Чёрный лес. Шедший впереди Фрай, остановился. Он поднял вверх собранную в кулак руку. Подошедший к нему Живодёр взглянул, на причину столь резкой остановки проводника. С возвышенности, на которой остановились впереди идущие, открывалась следующая панорама.
Лежащая впереди высушенная чёрная земля упиралась в окружённый высокими каменными стенами город. Охранные вышки были подсвечены голубым огнём. Пространство от вышки до вышки патрулировали часовые. За стенами виднелись высокие строения - в Вайле таких не было. Массивные ворота охраняли два автоматических орудия, по сравнению с которыми пушки охраны периметра лагеря казались примитивными игрушками. В центре города, возвышаясь над всеми строениями, вознеслась башня, на крыше которой сиял яркий прожектор, крутящийся по часовой стрелке. Несмотря на приличное расстояние, из города доносились различные звуки.
Достав из бокового кармана цифровой бинокль, Живодёр некоторое время рассматривал город. И несколько минут спустя, сообщил своему отряду:
- Бойцы. Впереди находится Роквулд. Попасть в него будет сложно. Но нам это необходимо. В городе легко затеряться, даже такой большой команде, как наша. В Роквулде меня ждёт информатор, и если в нём появлялись наши 'друзья' мы об этом узнаем. Западная сторона стены, имеет чёрный вход. Охраняется он не очень сильно, поэтому чтобы в него попасть нам, необходимо будет убрать часовых. Этим займёшься ты Трид, заодно мы посмотрим какой из тебя снайпер. Выдвигаемся тихо. В режиме повышенной готовности. Всё надо сделать тихо, иначе другого шанса попасть в город не будет. На этом он закончил информирование отряда и, растянувшись в цепочку по одному, они двинулись под прикрытием возвышенности к западной стене города.
- Ночь подходила к концу, и до рассвета необходимо было попасть в пределы города. Если искомая парочка находилась в Роквулде, там она и останется. Главное встретится с нужным человеком. - такие мысли по дороге к чёрному входу крутились в голове у главаря. И он отчаянно надеялся, что в Роквулде их ждёт удача.
Он стоял на пригорке, вдыхая полной грудью через нос. Запах крови сильным туманом висел в его сознании, восстанавливая в мыслях картину произошедших здесь событий. Внезапно грудь его сдавил спазм и он, обхватив её руками, упал на колени.
Утробный кашель, раздирал горло и не давал набрать в лёгкие воздух. Внутри всё горело. Не удержав равновесия, задыхаясь от кашля, Клык, выкинул руки вперед, чтобы не врезаться лицом в землю. Внутренний рваный кашель приносил невыносимые мучения. Наёмник не понимал, что с ним происходит. Спазмы не давали нормально дышать, а кашель всё нарастал. Почувствовав во рту металлический привкус, Клык осознал, что выкашливает сгустки крови.
Внезапно всё тело свела судорога. Изо рта большими кровавыми пузырями пошла пена. Свернувшись в позе эмбриона, он оказался совсем беспомощным перед пронзившей его болью, и оглушительный крик разнёсся по окрестностям. Сколько это продолжалось, Клык не сознавал, но его волновало другое. Что с ним творится? Тело вдруг пробрала частая дрожь, переросшая в последствии в неудержимые судороги. И новый фонтан боли затмил рассудок наёмника.
Лицо его горело, и Клыку пришлось приложить невероятные усилия, чтобы сорвать с него защитную маску. Жар не проходил, а ладони всё быстрее и быстрее растирали лицо. Судороги потихоньку угасали, но боль и жар не отпускали, напротив они как будто сконцентрировались на лице, перейдя в невыносимый зуд.
Неожиданно нижняя челюсть начала с середины расслаиваться, раскрываясь лепестками, оголяя кость. Тем временем судороги стали возвращаться, но наёмник уже не мог бороться. Мутная пелена запорошила картинку перед глазами. Она всё темнела и темнела, пока не превратилось в саму черноту, и тогда наёмник потерял сознание, а начавшаяся в муках трансформация всё продолжалась. Тело мелко подрагивало. Открытая розочкой нижняя челюсть тихо вибрировала получившимися лепестками, всё больше открываясь.
Затем ткани вокруг челюсти начали отслаиваться от кости, выпуская её, из своих биологических объятий. Мягко выскользнув из суставов челюсть, движимая сформировавшимися из нижних мышц лица подобиями щупалец, медленно соскользнула на землю, буквально на секунду задержавшись в объятиях мышц, как бы в последний раз прощаясь со своим биологическим носителем.
