Около двухсот лет в капсуле, в которой создавался искусственный микроклимат, включая давление, симулирующее силу тяжести. Вот, что нам предстояло. А потом либо мы на «Новой Земле», либо нет. О последнем не хотелось думать.
Ученые считали, вероятность того, что планета похожа на Землю, очень велика. Планету открыли давно, еще с помощью телескопа NASA «Кеплер». Этот телескоп работал с 2009 по 2013 год. Он помог обнаружить более трех тысяч экзопланет, то есть планет, находящихся за пределами солнечной системы. А самая первая планеты была открыта в конце двадцатого века у оранжевого субгиганта Гамма Цефея. Нашей целью была тоже оранжевая звезда, только уже карлик по размеру. Она находилась в созвездии Паруса, самая большая звезда которого названа в честь астронавта Роджера Чаффи. К описанию этого созвездия приложил свой сухой математический ум в восемнадцатом столетии мой соотечественник Николя Лакойль. Он занимался составлением карты звезд Южного полушария и преобразовал созвездие с романтическим названием «Корабль Арго» в три созвездия с названиями Парус, Киль и Корма. Хочу оставить без комментариев такой творческий подход Николя, но тем не менее его вклад в астрономию неоспорим.
Итак, нашей целью была планета, вращающаяся вокруг оранжевого карлика. Чтобы было понятно, оранжевый карлик – это нечто среднее между красным карликом и желтым карликом, каковым является наше Солнце. Среднее с точки зрения светимости и размеров. Наш оранжевый карлик был семь десятых от размера Солнца и столько же от его светимости. Возможно, что вокруг него вращалось еще несколько планет, но после исследований «Кеплера», подтверждена была только одна. Планета была твердой, бывают еще газообразные, в солнечной системе таких четыре. Размер планеты был около полутора от земного, и находилась она ближе к звезде, чем Земля к Солнцу. Находилась в зоне характеризуемой, возможностью жизни. У планеты была атмосфера и предположительно вода на поверхности.
Она была выбрана после нескольких лет бурных споров, ученных из достаточного большого списка. В этот список входили около трехсот планет нашей галактики, которая носит название Млечный Путь. Что-то выбраковывалось по качественным признакам, а что просто по расстоянию. Диаметр нашей, спиралевидной, галактики составляет около ста тысяч световых лет или один квинтильон километров. Можете представить? Я не очень. Солнечная система находится ближе к краю галактики, на расстоянии от центра в две трети радиуса. При этом ближайшая звезда к Солнцу находится на расстоянии четырех световых лет, а самые дальние системы около восьмидесяти или девяноста тысяч световых лет.
Конечно, концентрация звезд, а значит и планет выше в центре галактики, которым является, например, созвездие Стрельца. Если бы у нас была возможность исследовать планету за планетой, как это описывается в фантастических романах, лететь надо было бы туда. Но в реальности мы могли лететь только по маршруту от одной точки к другой точке. Причем во время полёта люди находились в анабиозе, а всё должна была делать автоматика корабля. Мы должны были стартовать с Земли, используя ракету носитель. На орбите запускался уже двигатель Пульмана-Андерсона и корабль устремлялся к звездам. Затем он выходил на орбиту планеты оранжевого карлика и отстреливал жилой и исследовательский модули. Эти модули спускались на поверхность вместе с астронавтами на борту. Через месяц или раньше, по нашему сигналу, «Надежда» должна была взять курс назад и привезти на Землю данные исследований и данные переданные нами с поверхности. Но мы, экипаж «Надежды», второй корабль бы не дождались бы в любом случае, умерли бы от старости. Кроме того шанс, что корабль благополучно долетит до планеты и вернется назад был существенно ниже, шанса, что планета похожа на Землю.
Воспоминания и мысли метались у меня в голове, затем превратились в обрывочные цветные пятна и я, незаметно для себя, уснул.
Разбудил меня шум открывающейся двери. Я протер глаза. На пороге стояла Шейла, которая не позаботилась постучать.
–Пора, -сказала она и пошла дальше.
Я натянул ботинки, умылся холодной водой и вышел в коридор. Все уже были там, на их лицах, помимо усталости, читалось недовольство. Так с нами, с астронавтами, никогда не обращались. Я метнул взгляд на Вернера, казалось, он за это время не только не сместился, но и не поменял позы.
– За мной, – скорее скомандовала, чем попросила Шейла Хилл.
Мы гуськом потащились за ней. Я оглянулся и увидел, нашу тень, Вернера, он тоже пошел с нами. На этот раз мы дошли до двери большого грузового лифта. В лифте было двадцать кнопок, и кнопка первого этажа была наверху. Значит мы под землей, сделал я вывод. Может быть, военная база? Но зачем нас сюда притащили? Я не обратил внимания, какую из кнопок нажала доктор Хилл. Внимание было приковано к своему лицу в зеркале лифта, такое же мрачное, как и у остальных, с синяками под глазами. В зеркале я перехватил взгляд Вернера.
– Что нравлюсь? – решил я пошутить. Извини крошка, но я не из этих.
