— Ага, я так и знал! — воскликнул он, когда появилась Ирина. — Глаза одинаковые!
У неё, по сравнению с игровым персонажем, было ещё меньше отличий: волосы, хоть и рыжие, но куда менее яркие, нежели в Хрониках, и глаза красивого голубого цвета, без единого намёка на гетерохромию.
— Вау, как тут красиво! — не обратив внимание на этот комментарий, разглядывая виды вокруг, ахнула девушка.
— Это в-вроде снято на позапрошлый день города, — объяснил, появляясь последним, Максим.
Из всей троицы внешность его персонажа наиболее сильно отличалась от реальной. Оно и неудивительно, ведь Фалайз был эльфом, имевшим несколько иные пропорции тела, нежели человек. Однако, что в нём узнавалось безошибочно, так это выражение смущения и растерянности на лице.
— Хе-хе, да не парься ты насчёт внешности! — хихикнула Ира. — Не первый день общаемся. Вон у этого вообще пивное пузико…
— Протестую! Это неприкосновенный запас светлого, нефильтрованного и тёмного на чёрный день! — возразил Игорь.
— Я… нет… просто, ай, отстаньте! — отмахнулся Максим, но смущаться перестал.
— Так ты, выходит, из Питера? — подыгрывая ему, сменила тему разговора Ирина. — Мы с мужем всё хотим сюда съездить, да что-то не получается. Из всей России только в Москве были.
— А где ж ты тогда живёшь? — насторожился Игорь. — Хотя нет, постой, дай угадать — Италия? Франция? Дойчланд?
— Хах, якби. Чув про таке місто — Київ? — коварно улыбаясь, спросила в ответ Ира.
— Эм… ну, предположим, чув, — растерялся хирург.
— Так нечестно, давай на белорусском, — подначил его Максим и, заметив, что выражением лица Игоря стало отстранённым, добавил, — и без гугла.
— Не-е, без гугла точно никак! А прежде чем меня осуждать, скажи что-нибудь на питерском!
— У меня поребрик возле парадной на той неделе сменили, — пожав плечами, спокойно ответил студент.
— Ладно, — сдался Игорь, — теперь можешь осуждать.
— Спасибо за разрешение, но, пожалуй, нет. Хотите Эрмитаж покажу? — предложил Максим.
— Давай! — хором согласились остальные.
Однако, прежде чем сменить вид цифровой комнаты, студент смутился и затем уточнил:
— Эм, с чего вам лучше начать? С Зимнего, Малого или Большого Эрмитажей? В последнем есть Да Винчи…
— Ты туда экскурсии, что ли, водишь? — скорее в шутку поинтересовался причиной такой осведомленности Игорь.
— Н-н-ет, просто м-м-ы туда постоянно ходим практиковаться.
Теперь уже настал черёд Иры задавать неудобные и вызывающие новый ворох смущения вопросы:
— «Мы»?
— С одной моей… п-подругой, — заметив взгляды друзей, Максим возмутился, — Мы вместе учимся и ходим туда практиковаться! Так веселее!
— Конечно-конечно, — успокоила его Ирина и вернулась к Эрмитажу. — Показывай нам… откуда-нибудь с начала.
— Шоб красиво было, просто вах! — влез Игорь. — И культуры, культуры дофигища!
В Эрмитаже троица провела по итогу целый час. Фалайз действительно неплохо рассказывал и показывал, хотя по собственным уверениям бывал здесь «ну, не так уж и часто, раза два в неделю». И хотя после такого возвращаться в Хроники не сильно хотелось, Фиона всё же настояла на том, чтобы как минимум покинуть тот холм и добраться до ближайшего населённого пункта.
Опасения жрицы строились на вполне логичном умозаключении, согласно которому преследователям из лабораторий Нинэк, решившимся ранее на отчаянное нарушение границ, ничего не мешало установить за холмом постоянное наблюдение. Риск же наткнуться на засаду, пока в районе действуют пограничники Союза, был минимален.
Тем не менее Тукан, которому в общем и целом терять было нечего, отправился вперёд, на своеобразную разведку.
— Ух, я уже и забыл, как мне погано… вау, — раздался и сразу прервался его голос, после чего ждать пояснений пришлось некоторое время, — заходите, нинэковцев здесь уже нет.
— А кто есть? — догадавшись по формулировке, уточнил Фалайз.
— Эм, медведелерия.
— Чего⁈ Кто⁈
— Заходите, сами увидите.
Зрелище, представшее перед глазами дикого мага и появившейся вслед за ним жрицы, как минимум удивляло. На приснопамятном холме и подле него случилась небольшая битва, судя по всему закончившаяся хорошо если минут десять назад. Благодаря этому картину произошедшего было просто восстановить.
«Нинэковцы» на полном ходу вскочили на холм, но нашли там лишь куцые пожитки троицы, которые тем не менее выпотрошили, разбросав по округе в поисках склянок. Именно за этим занятием их и застали пограничники Союза. Их было два десятка всадников, целиком закованных в латы, окрашенных в алый цвет, верхом на медведях. Оные и сами по себе весьма грозный противник, но если их вдобавок усилить броней, специальными бритвенно-острыми стальными когтями и воином с чем-нибудь увесистым, который будет это всё направлять — такая комбинация становится попросту непобедимой. Единственным её минусом являлась скорость: всё же медведь — это не конь.
