Далее, короткая информация, в качестве аргументации.
Хорошо осознаёте, в какое время мы живём?
Вы юрист, историю Великой Французской Революции должны хорошо знать. Помните: «Революция пожирает своих сынов»? Я к числу её сынов не отношусь. Но госпожа Революция уже начала кровавое пиршество с собственных «сынков-революционеров». Её «Мортиролог» открыт для пополнения по всей России и Туркестану. И не скоро закрыт будет.
Я только что получил последнее сообщение: покончил жизнь самоубийством Владимир Петрович Наливкин, офицер, наш, «туркестанец», участник Хивинского и Кокандского походов, служивший ещё у Кауфмана, учёный-этнограф, писатель, автор первых русско-узбекских словарей… Увы, тоже революционер. С восторгом принял Февральскую революцию. В 1907-м – депутат Второй Государственной Думы от Сыр-Дарьинской области. Был обласкан Керенским, назначен Председателем Туркестанского Комитета Временного правительства, и Командующим войсками ТуркВО. Сменил на этом посту прежнего, тоже «очень временного» революционера из хорошей семьи Щепкиных – председателя Щепкина Николая Николаевича, продержавшегося в должности всего три месяца.
Туркестанец Наливкин был уверен, что сможет способствовать на этом посту небывалому подъёму культурного и образовательного уровня многонационального народа Туркестана, расцвету благосостояния края. Наивный идеалист. С ноября 1917-го был вынужден перейти на нелегальное положение после вооружённого захвата власти в Ташкенте коалицией левых эсеров и большевиков, перехода всей полноты власти к Советам. И вот известие: самоубийство. Впрочем, возможно и убийство…
Джунковский глянул на часы, нервным движением руки защёлкнул крышку. Я понял, на политзанятия со мной у Джунковского нет ни времени, ни желания.
Действительно, Джунковский свернул свою лекцию в самой элегантной форме. Сказал мне:
– Александр Георгиевич! Лучше, дам я вам прочитать один документ, случайно попавший нам в руки. Это донесение агента, нам пока неизвестного, в форме частного письма, адресованного неизвестно кому. Предположительно, репортёра некоей англоязычной газеты. Имена и факты, изложенные в донесении, соответствуют действительности. Донесение пространное, на английском, но вы прочтёте его быстрее, чем я сумею пересказать. Держите и не обижайтесь. Дорога каждая минута. Поверьте, мы сидим на пороховой бочке, и зажжённый большевиками фитиль почти догорает! Бухарский эмират, на территории которого мы сегодня нашли пристанище, в самые ближайшие месяцы будет атакован воинскими частями, верными Ташкентскому большевистскому правительству. В Петрограде не мыслят Советскую Республику и Туркестан в её составе без своих бывших подвассальных, а ныне независимых монархий – Бухары и Хивы. Кокандская автономия им тоже – нож в горле. Ещё месяц, и перевалы откроются. Начнётся новая война. Нам стоит очень поторопиться!
*****
Документ № 91.
Конверт.
Куда: Петроград, Смольный проезд, дом 1.
Смольный Институт.
Ц. И. К. Советов Рабочих и Солдатских Депутатов
Кому: Товарищу Петерсу Якову Христофоровичу.
От кого:
Туркестан. Ташкент. Главпочтамт, ул. Пушкина, до востребования Прокоповичу Семёну Семёновичу.
Штемпель: «Изъято Военной цензурой».
Дата. Росчерк цензора. Фамилия не читаема.
Вложение:
Общая тетрадь в клетку без обложки. 36 листов.
*****
Лист (1) сопроводительного письма на русском языке.
Уважаемый Яков Христофорович! К вам обращается простой обыватель-пролетарий сапожник Семён Семёнович Прокопович. Лежал я с воспалением лёгких в больнице. Рядом умирал от пулевого ранения какой-то бедолага. Перед смертью отдал мне тетрадь с письмом на не русском языке, попросил передать. А кому передать, сказать не успел. Может путное что. Или шпионское германское. Вот, по размышлению, решил послать вам лично. Дальше сами решите. Здесь, у нас в Ташкенте верить не кому. Бардак, одним словом. Хотелось бы жить с миром, с хлебом, без страха. Счастливо, как Революция обещает – без царя, без попов, без эксплуататоров, в братстве и равенстве. Одним словом, дай Вам Бог здоровья!
Семён Прокопович.
*****
Основной текст вложения на 36 листах прописью на английском языке. Не озаглавлен. Шифрование и тайнопись не применялись. Без подписи.
Перевод с английского.
Извлечения:
…Вот короткая хроника нашего кипящего Туркестанского политического котла страстей:
…30-го марта 1917 года бывший генерал-губернатор и командующий войсками Туркестанского края или генерал-губернаторства Куропаткин, присягнувший Временному Правительству, был, как «Временный управляющий», низложен. Постановлением объединенного заседания «Ташкентского Совета рабочих и солдатских депутатов», «Совета мусульманских депутатов», представителей «Крестьянского союза» и «Исполнительного комитета» Куропаткин был отстранен от должности, приговорен к домашнему аресту, а потом отконвоирован в Петроград. В Петрограде он был освобождён Керенским и от должности, и от преследования по политическим мотивам.
