Девочка оглядела зал… Неподалёку за столиком сидела весёлая компания — человек пять. Рядом с ними было как раз свободное местечко. Один из этой компании — с длинными тёмными волосами и аккуратной бородкой, — поймал её взгляд и приглашающе качнул головой. Едва она присела, рядом возник официант. Не успела Рио открыть рот, как тот, что пригласил её, распорядился:
— Двойную порцию шоколадного и молочный коктейль! — и подмигнув, уточнил: — Я не ошибся?..
Остальные за столом не обратили на неё никакого внимания, шумно и весело обсуждая какие-то свои дела. «Борода», как окрестила щедрого незнакомца Рио, не принимал участия в общей беседе. Чуть ссутулясь и подперев рукой голову, он одобрительно наблюдал, как она уплетает мороженое.
— Вкуснятина, верно? — Рио молча кивнула. — Как тебя зовут, парнишка?
Рио поперхнулась: он принял её за мальчишку!
— Санни… — тотчас соврала она.
— Ты местный или приехал отдохнуть?
— Ага, — кивнула Рио, — местный.
— Занятно тут у вас, — задумчиво заметил Борода.
Рио пожала плечами: мол, ничего особенного.
— А вы откуда?
— Мы — люди столичные, — ответил он, и скороговоркой представил остальных:
— Жаклин, Питер, Лилу, Этьен…
Бородатый заказал ещё мороженого, и принялся расспрашивать.
— Мы здесь всего три дня, — пояснил он.
Рио рассказывала охотно — Борода понравился ей. Жаль только он неподходящ для неё: ему, поди, уж лет тридцать — совсем старый. И наверняка у него есть подружка, а может, и не одна — вон какие у него глаза: голубые-голубые…
Поедая мороженое, она заученно протараторила всё, что любой приезжий мог почерпнуть из рекламных буклетов, раздаваемых туристам в отелях. Основано тогда-то… географические и климатические особенности… уникальные минеральные источники… архитектурные памятники и местные достопримечательности — Замок Лостхед, Городская Ратуша, Северные ворота, Оперный театр, собор Святого Августина, Школа танцев, Центральная площадь, Летний Карнавал…Что ещё?.. Куча сувенирных лавок, антикварных и ювелирных магазинчиков, казино, фонтаны, полсотни ресторанчиков и ещё больше баров помельче. Трехэтажные домики с красными крышами и белыми рамами окон. Улочки, густо обсаженные акациями, вязами и каштанами: всюду цветники, клумбы, где только возможно. По улочкам — конные экипажи да звонкие жёлтые трамвайчики вместо автомобилей: мэрия строго ограничивает количество последних, разрешая только «скорые» и полицейские машины — воздух Долины должен остаться лучшим в мире, это её капитал!.. Ещё есть река. За рекой — дремучие девственные леса вплоть до самых Западных гор, а в другую сторону — Холмы, между ними и Городом — сады; на Холмах старая-старая церковь, виноградники… Ах, да! Где-то на самой верхушке Западных гор есть еще Обсерватория. Там работает несколько чудиков, они спускаются иногда со своей горы в Город как на праздник — в белых рубашечках и галстуках — и вечно всюду суют свой нос: говорят, они там у себя сделали что-то вроде музея, собирают всякие безделушки и местные сплетни.
Борода слушал с вежливым интересом, кивал, иногда что-то переспрашивая, а когда Рио наконец умолкла, сказал:
— Всё это замечательно — городок у вас и впрямь славный. Но, понимаешь, Санни, мы — я и мои друзья — путешествуем по миру в поисках экзотики, — он со скучающим видом оглядел зал. — Хочется чего-то необычного, а у вас тут, если тебя послушать, всё как у всех. Кажется, зря мы сюда притащились…
Рио надулась:
— Уж прям как у всех!
Собеседник лукаво усмехнулся:
— А разве нет?..
Рио замялась… Одно дело обсуждать всякие небылицы среди домашних и одноклассников, и совсем другое — заливать первому встречному. Она-то, конечно, быстренько сообразила, на что намекает её новый знакомый. Все эти сказки про коридоры времени, что местный люд попросту именовал Провалами, про вернувшихся оттуда и пропавших навсегда; байки о потусторонних созданиях, блуждающих по Лесу; всякая нечисть, нет-нет, да и вылезающая на свет божий; странные происшествия, будто бы случающиеся с чересчур уж любопытными, — словом, весь городской фольклор, щедро питаемый фантазией его обитателей, старинными легендами Долины и кошельками доверчивых туристов, — всё это Рио прекрасно знала. За примером и ходить далеко не надо: их Замок сам по себе служил источником множества досужих вымыслов ещё с тех времен, когда её далёкий предок барон Юстэс фон Гилленхарт, вернувшись из дальних странствий во славу Креста, обосновался в разорённом отцовском гнезде, превратив захудалую крепостёнку в богатую цитадель. О происхождении его богатств ходили разные слухи, а ещё больше домыслов было о том, куда подевались потом несметные сокровища, которыми обладал барон.
Но только Рио усвоила прочно: ей и другим строго-настрого было запрещено привлекать излишнее внимание к истории семьи.
