Было ли в прошлом рода Гилленхартов нечто тёмное или постыдное?.. Или семья просто защищала свой покой, что едва сумела обрести, после того, как Замок едва не был сожжён и разрушен разгневанными горожанами и воинами короля по указу Святой инквизиции, а немногие из уцелевших тогда Гилленхартов, чудом избежав смерти, разбрелись по свету?.. Этого никто толком не знал. Зато Бабушка о тех страшных днях всегда рассказывала так, будто собственными глазами видела кровавое зарево пожара над стенами Замка.
Лостхед вернулся к своим законным владельцам лишь спустя два столетия. Потомки опального барона не сумели воссоздать былой роскоши родового гнезда, да и особыми милостями Двора и Церкви не пользовались — видать, были тому веские причины.
Это
Но бородатый сам вывел её из затруднительного положения:
— Слушай, — нагнувшись к ней поближе, он заговорил свистящим театральным шепотом, — а правда, что у вас за городом недавно сожгли всамделишную ведьму?..
При этих словах Рио фыркнула в свой стакан так, что молочная пена усами осела у неё на верхней губе.
В Городе постоянно плодились самые невероятные слухи. Их источником служили сами жители, ведь многие из них на этом неплохо зарабатывали: чуть не на каждом углу можно было увидеть вывеску, приглашающую доверчивых простофиль посетить «профессионального» колдуна, гадалку или ещё кого-нибудь в этом роде, а уж торговля всякого рода сувенирами и вовсе приносила некоторым целое состояние. Прошлым летом, например, Рио и её приятель Дю неплохо заработали, продав престарелой парочке американских туристов младенческую пинетку Карапуза, до этого без толку пылившуюся в чулане, выдав ее за гномий башмак.
Вот и теперь в воздухе запахло лёгкой наживой.
— Нельзя ли как-то достать угольков с такого пепелища?.. — продолжал между тем Борода.
«Угольков-то я тебе достану — хоть целый мешок! Из Бабушкиного очага, скажем…» — подумала Рио, а вслух сказала:
— Ну, я не знаю… Да и к чему это вам?
Борода улыбнулся. Улыбка у него вышла какая-то уж… Но Рио не обратила на это внимания.
— Люблю интересные вещи, — просто объяснил он. — Может, у тебя или твоих друзей есть что-нибудь эдакое… Например, зуб дракона…м-мм… или… Ну, ты понимаешь?.. Я бы неплохо заплатил! — и он выразительно потер большим пальцем два соседних.
Еще бы она не понимала!.. Похоже, и этим летом не придется клянчить у родителей деньги на мороженое. Для верности Рио решила набить цену:
— Разве вы не знаете? — она сделала «страшные» глаза. — Это же запрещено! А если вас застукают при отъезде?..
Тут надо пояснить, что из Города можно было выехать, равно, как и въехать, только одной дорогой — через Северные Ворота, — так как он лежал в излучине реки, а за рекой простирались дремучие, нехоженые леса — вплоть до самых гор. Поскольку же Долина официально являлась историческим и природным заповедником, то у Ворот было устроено что-то вроде таможни. Иногда там и вправду вспыхивали скандалы, когда Смотрители, как именовали себя тамошние служители, обнаруживали что-нибудь ценное… Правда, никто ни разу не слышал, чтобы какая-нибудь безделушка из задержанной контрабанды оказалась действительно артефактом: так, в лучшем случае, только отпечатки Неведомого.
— Это уже не твоя забота, — мягко ответил Борода. — Только учти, мне нужна настоящая вещь. На-сто-я-ща-я! Слышишь? — раздельно повторил он, глядя ей прямо в глаза.
Но Рио трудно было смутить.
— Конечно! — серьезно подтвердила она. — О чём разговор! — ещё и покивала для солидности.
— Смотри!.. — и бородатый шутливо погрозил ей пальцем.
Тут Рио совершенно некстати снова вспомнила свою прошлогоднюю махинацию. Обман?.. Ну и что?.. Ведь все же остались довольны — и одураченные туристы в том числе. Это просто такая игра. Им хотелось иметь что-нибудь
— Вот номер моего телефона в гостинице, — сказал он, подвигая салфетку к ней поближе, но не давая в руки. — Легко запоминается…
Она взглянула: три чёрные жирные девятки на мятой бумаге и через чёрточку — ещё три такие же. Он скомкал бумажку и сунул её в пепельницу.
— Я пробуду тут ещё недели две…
— Поздновато уже, — промямлила Рио. Ей не терпелось закончить разговор и начать действовать, пока бородатого не перехватил кто-нибудь половчее.
— Будь здоров! — дружелюбно отозвался тот.
В дверях она обернулась, желая еще раз кивнуть напоследок, но мужчина не смотрел в её сторону. Он успел вставить в рот сигару и, прикуривая, поджёг спичкой беленький комочек в пепельнице.
Вернувшись домой, Рио прямиком направилась в Кухню.
