Родерик утвердительно мотнул светловолосой головой, я помог ему подняться с земли и, поддерживая, повел к опустевшей улице Яблок.
Взгляд его магичества магистра Ордена Валиостра архимага Арцивуса не предвещал моей персоне ничего хорошего. Старикан встретил меня в собственном доме, расположенном во Внутреннем городе, совсем рядом с дворцом короля. Архимаг сидел в глубоком кресле и кутался в гору шерстяных одеял, способных согреть даже мертвеца в самую лютую зиму, но не старые промерзшие кости архимага.
— Гаррет, чтоб тебя разорвало! — заскрипел старик, со стуком ставя на миниатюрный светло-коричневый столик с вычурными резными ножками бокал с горячим вином, которое выплеснулось и растеклось небольшой лужицей по отполированной карликами до зеркального блеска поверхности. — Ты что натворил? Совсем ума лишился?
— Что случилось, ваше магичество? — Я действительно не понимал, что произошло.
Старик аж затрясся от возмущения, и я начал подумывать, что либо его хватит удар, либо архимаг меня поджарит. Он тяжело и гулко закашлял, сотрясаясь под горой одеял. Я даже скривился от сочувствия — кашель был страшным.
Резная дверь, на которой была изображена какая-то стародавняя схватка между магами Ордена и шаманами орков, открылась, и в комнату вошел Родерик. После сотворения огненного заклинания парень был бледноват, но его уже не бросало из стороны в сторону, и из стакана с лекарством, который он нес своему учителю, не расплескалось ни капли.
Родерик протянул архимагу питье, и Арцивус, сотрясаясь и захлебываясь от кашля, выпил бурую жидкость. Поморщился. Запил вином и, облегченно вздохнув, небрежным движением худой руки отпустил ученика. Дверь закрылась, и мы с архимагом остались наедине.
— Да, — пробормотал Арцивус и еще раз кашлянул в кулак. — Старость не радость. Мне уже девяносто шесть, Гаррет. Годы берут свое…
Я счел, что лучше промолчать. Не думаю, что Арцивус нуждается в лести и уверениях о том, что он хорошо выглядит. Тем более, это не так.
— И знаешь, что самое обидное? Здесь все работает, как механизм карликов. — Арцивус ткнул себя пальцем в лоб. — Но проклятая телесная оболочка! Я постоянно мерзну. Не спасает ни огонь в очаге, ни магия. Скоро придет мое время, я уже чувствую, как Сагра ходит у меня за спиной. Но ничего, мне еще есть что сказать богине смерти.
— Всем есть что сказать, — поддержал я старика. — Главное — не забыть эти слова, когда встретишься с ней глазами у ворот Света.
— Или Тьмы.
— Вы совершенно правы, ваше магичество.
— Хм. — Архимаг еще раз бросил на меня внимательный взгляд. — Так ты говоришь, что ничего не знаешь? Невинен, как Джок-принесший-зиму?[2] Хм…
Старик забарабанил пальцами по столику, размышляя, а затем резко спросил:
— Чем ты вчера занимался? Учти, подумай, прежде чем ответить мне, я распознаю ложь.
Интересно, в чем меня теперь подозревают? Стоит ли признаваться в краже магического свитка? Раз уж он валялся никому не нужным неизвестно сколько лет.
Лет?
Я напряг память, пытаясь вспомнить, как выглядело магическое заклятие. Кажется, этот свиток единственный не был покрыт толстым слоем пыли. Потому я и выбрал его из всех остальных. Но, если он не был пыльным, значит, его положили туда совсем недавно…
Свое повествование я начал издалека. Однако архимаг не выказывал нетерпения и не перебивал меня, только хмурил кустистые брови, когда я начинал сыпать ненужными подробностями и описаниями, стараясь увести разговор в сторону. Затем я все же решился рассказать о свитке, а потом и о его неожиданном действии, когда рискнул испробовать заклинание на доралиссцах. Удивительно, но старик даже не заинтересовался этим, будто не я изгнал демонов из города. Все внимание архимаг обратил на доралиссцев.
— А ну-ка повтори, что они там кричали?
— Ну что-то вроде «Верни нашего коня».
— Ты в эту ночь еще что-нибудь слышал о конях?
— Нет, — солгал я, не решившись упоминать Вухджааза, хотя он тоже твердил о каком-то коне. Мне было интересно проверить, определит ли архимаг мою ложь.
— Хорошо. — Арцивус не заметил моего вранья. — Свиток — это очень интересно, тем более что никто из Ордена, я уверен, не слышал ни о каком таком заклинании.
Старик поелозил в кресле, поправил сползший на пол край одеяла и вновь задумчиво посмотрел на меня.
— Так где Конь? — необычайно ласково проворковал старик.
Вот только в его бесцветных глазах ласки не было.
— Да какой к Х’сан’кору конь?! — взвился я.
Меня начинало доставать, что чуть ли не каждый теперь нуждается не только в Роге Радуги и моей смерти, но еще и в каком-то вонючем коне.
— Зачем мне лошадь?! Что мне с ней делать?!
Архимаг молчал и лишь хмурил брови, но в его глазах появилось сомнение.
— То есть это не ты украл вчера вечером Коня из дома архимага О’Станда?
— Он совсем ненормальный, если держит лошадь в доме? — изумился я.
— Да при чем здесь лошадь, вор?! Вчера из дома архимага О’Станда, который приехал из Филанда, неизвестными был похищен волшебный Камень — Конь Теней. Мы рассчитывали с его помощью загнать демонов обратно во Тьму. А теперь он пропал!
