Выходило, что изначально нужно было прорываться через главный вход, а не заморачиваться с пожарной лестницей.
Они продолжали нестись вперед, чтобы оторваться от преследователей.
– Послушай, давай скажем так: это я подбил тебя, потому что мне до смерти захотелось развлечься ночью! – крикнул на бегу Сатору.
– Ладно!
Город был им незнаком, приходилось спрашивать дорогу у прохожих, но минут через двадцать они добрались до станции Хаката.
Ёсиминэ с Сатору уже подошли к кассе, чтобы купить билеты до Кокуры, как сзади их грубо окликнули:
– Эй, вы!
Это был учитель по физвоспитанию, один из главных кураторов экскурсии.
Мальчишки было рванули прочь, однако учитель успел ухватить Ёсиминэ за фуфайку, и пока тот пытался вывернуться, подоспели другие учителя. Они схватили Сатору.
Дайго с Сатору думали, что безопаснее влиться в толпу на улице, однако теперь стало ясно, что надо было ехать на такси. Но что толку сейчас сожалеть об упущенных шансах…
Их доставили в гостиницу и учинили жестокий допрос в штабном номере для дежурных учителей.
– Куда же вы направлялись на ночь глядя?
Дайго с Сатору не успели согласовать общую версию, а потому только молча переглянулись. Кому отвечать первым?
– Сатору-кун! – нарушила молчание красивая учительница. – Может быть, школьная поездка оказалась для тебя слишком тяжелым испытанием?
«Лучше заткнись, красавица, мисс Сочувствие, – подумал Ёсиминэ. – Вот не нужно этих сюсю-мусю. Сатору это терпеть не может!»
– Вовсе нет, – ровным голосом ответил немного побледневший Сатору. – Просто мне хотелось развлечься ночью. Вот и все.
– Это ложь. Ты не из тех мальчиков, что развлекаются по ночам.
Ёсиминэ чуть не расхохотался. Да что ты знаешь о Сатору, сэнсэй?![25]
«Скажем, что я убежал из гостиницы, потому что страшно хотелось развлечься». Сатору не хотел, чтобы кто-то узнал, что ему нужно в Кокуру ради кота.
– Извини, Мияваки! Хватит уже!
Ёсиминэ бросился в бой, живо изобразив готовность выложить всю «правду». Внимание учителей тотчас же переключилось на него.
– Сэнсэй, это моя вина. Дело в том, что мне ужасно захотелось отведать в Фукуоке нагахама рамэн[26].
(Смотри на меня, красавица! Я тоже нуждаюсь в сочувствии.)
– Поэтому я и спрашивал у людей дорогу, – продолжал Ёсиминэ. – Я ел такой рамэн в районе Тэндзин[27], вместе с родителями, но потом они развелись. Это недалеко отсюда, вот мне и вспомнилось. Ностальгия, знаете ли… Я решил выйти в город, чтобы поесть рамэна. А Мияваки случайно увязался со мной.
Смерть родителей и развод родителей – у мальчиков были разные обстоятельства, но итог получился один и тот же. Оба росли без полноценной семьи. Два одиноких сердца захотели утешить друг друга, это логично и понятно.
– Ёсиминэ… – попытался вставить слово Сатору, но Ёсиминэ резко оборвал его: – Я сказал, хватит!
(Все нормально, а поэтому замолчи. Тебе же не нужно их дешевое сострадания из-за твоего единственного в мире обожаемого кота?)
Учителя хранили суровое молчание, но было видно, что они уже не сердятся и просто не знают, как вести себя дальше.
– Мы понимаем ваши чувства, но правила есть правила. Никому не дозволено самостоятельно ходить в город во время школьной поездки, когда душенька пожелает, – с кислым видом заключил учитель по физвоспитанию.
Учитель был прав. И мальчишкам пришлось склонять голову и без конца извиняться. Учителя позвонили опекунам, сообщили об инциденте, а Сатору и Дайго – в назидание всем остальным – были вынуждены сидеть до глубокой ночи в гостиничном холле в церемонной и неудобной позе «сэйдза»[28].
Возвратившись домой, Ёсиминэ прямо с порога кинулся к бабушке с просьбой:
– Ба, можно, я попрошу тебя об одной вещи, ладно? Мне очень нужно, ну пожалуйста!
Суть просьбы сводилась к тому, чтобы бабушка позвонила тете Сатору и принесла извинения за то, что Ёсиминэ втравил Сатору в такую историю.
Бабушке было прекрасно известно, что ее внук никогда не был в районе Тэндзин с родителями, но она не стала задавать вопросы и все сделала так, как просил Ёсиминэ.
– Прошу нас простить, – сказала она. – Из-за нашего Дайго отругали Сатору-тян.
– Да? Это я должна извиняться, – растерялась тетя Сатору. – Ёсиминэ-кун хотел отказаться от этой затеи, но Сатору буквально силком потащил его с собой.
Видимо, такова была версия Сатору.
– Я ведь знаю, что вы оба нипочем не нарушили бы правила без причины, – улыбнулась бабушка, положив трубку.
Ёсиминэ проглотил комок в горле.
Бабушка умерла лет десять назад. В очень преклонном возрасте.
Сатору переехал в другое место после окончания средней школы, но Ёсиминэ продолжал писать ему, и когда он сообщил печальную новость, Сатору приехал очень издалека проводить бабушку в последний путь.
Ёсиминэ выразил ему благодарность, на что Сатору только улыбнулся:
– Она ведь была и моей бабушкой. Можно, я так буду считать?
Ёсиминэ кивнул, пытаясь скрыть слезы.
