- Лидан, это то королевство, где валькирии были объявлены вне закона? - очнулся от дремы Винсент. Вот уж кто страдал от целибата. Ни одна правоверная женщина не допустит мужчину до своего тела в эти дни. Тем более если в обычные дни не знала воздержания.
В ранней юности даже Нюкта не удержалась от желания подразнить постящихся. Для любой валькирии прилюдно съесть исходящую запахами заячью ножку, или чрезмерно оголиться - любимое развлечение и маленькая месть.
- Да. Страна, которую и захватить как-то брезгуют.
- Но что же совершили там валькирии, если король был вынужден ввести такие меры?
- О! Это одна из легенд Церции, - усмехнулась Нюкта. - Оквельхина сделала ужасное, по мнению тогдашнего короля. Она отказала ему, во всеуслышание заявив, что валькирии спят с теми, кого сами пожелают, а не с теми, кто платит. Той же ночью был схвачен ее любовник, а вслед за ним и сама Оквельхина. Их долго пытали, затем убили мужчину на глазах валькирии, но она не сдалась. На следующую ночь появился закон, признающий валькирий - нечистыми тварями, порочащими и развращающими людей. За несколько дней погибло пять сестер смерти и две ученицы. Последних мучили особенно сильно, надеясь сломать молодых. Это было глупо - молодые валькирии злее, ревнивее к своей сути. Узнав о происходящем в Лидане совет Церции постановил оборвать все связи с тамошними землями и запретил принимать заказы, фактически оставив страну без защиты. Узнав об этом - в Лидан ринулись толпы нечисти. Через пятнадцать лет, когда население страны уменьшилось более чем в два раза, в Церцию прибыл новый избранный король, и умолял валькирий вернуться. Они заплатили всем остатком своей казны за это. Совет согласился, нам тоже не нравился такой рассадник тварей посреди материка, и через несколько лет удалось полностью очистить территорию. Но прошлое нельзя вычеркнуть, люди так обозлились, что до сих пор настороженно смотрят на сестер смерти, а мы же берем двойную цену за свою работу.
- Столько невинных людей должно быть погибло, - ужаснулся барон.
Нюкта безразлично пожала плечами, это ее мало интересовало.
- Но как так можно! Пока вы сидели в своем городе...
- Мы не обязаны класть жизни за чужую глупость! Из-за таких как они, не умеющих делать правильные выводы, нечисть бесновалась пятнадцать лет, в то время как валькирии были готовы в любой момент принять извинения. Из-за тех, кто обозлился на валькирий, а не на своего короля, не перенесшего отказа какой-то женщины, сейчас лиданцев сторонятся, как чуму. Мы же... Оквельхина заняла достойное место в наших Хрониках, ее имя навсегда звучит для нас воспеванием чести и достоинства настоящей валькирии. Мы воины, а не шлюхи. И кое-кому надо почаще об этом вспоминать.
- А что - путают? - не смог промолчать Арлан.
- Бывает, - усмехнулась она.
- Ну скажем честно, - барон сделал глоток воды и поморщился, - валькирии не образец благочестия.
- На то мы и валькирии. - Нюкта положила лодыжку одной ноги на колено другой, абсолютно не обращая внимания на стыдящие, осуждающие или заинтересованные взгляды окружающих. На данный момент ее раздражало это внешнее благочестие. Пьющий воду барон, Роксана, одетая в серую хламиду, из-под подола которой выглядывает дорогое кружево, елозящий в кресле Винсент, молчащий Арлан. И даже Гийом, за столько лет рядом с сестрами смерти не отвыкший от своей человеческой веры.
Боги, как старые, проклявшие их народ, так и новые, принесшие сестрам смерти столько бед, никогда не были для этих женщин чем-то гипотетическим, теми, кому поклоняются по привычке или по воле своей общины. Валькирии на себе испытали их немилость, распрощавшись с бессмертием, надеждой и крыльями. Так что сейчас откровенно ненавидили этих сущностей, тем сильней, чем больше проходило времени, чем толще становились Хроники и больше крови проливалось, чем сильнее болело в груди.
Вера? Вера есть, нет почитания.
- Как я понимаю, еще три дня будет не до полей и тварей?
- Именно так, - едва ли не издевательски улыбнулся Арлан.
В данный момент ей было интересно, что его больше задело - ее подозрения, или ее отказ. Хотя какая разница?
- Кстати, Гийом, ты мой меч не нашел?
- Я нашел, - поняв ход ее маленькой игры, светловолосый заметно успокоился. - Завтра зайди в кузницу и забери.
Валькирия благодарно кивнула. Там она еще не была.
Труднее всего скрывать само ожидание. Вот только выдавать такое, казалось ему еще более губительным, чем все свои тайны вместе взятые. Почему? Арлан не знал. Просто понимал, что от бесконечного круга мыслей, от нетерпения и в то же время опасений, он не мог ни сосредоточиться, ни тем более работать. Металл не нитки, оружие не иголка, а кузнечное дело уж точно не вышивка, которой женщины любят успокаиваться, утверждая, что это приводит мысли в порядок. Арлан на своих собственных пальцах убеждался, что с лишними мыслями, тревогами и волнениями к горну лучше не подходить и не браться за молот.
