– Да, – сказал наконец Бухэ Барилдан и вздохнул с сожалением. – Пожалуй, не успеет.
– А что он может успеть за день? – спросила Аманда.
– Ну… – Бухэ задумался. – Отдохнуть может.
– Пожалуй, я так и сделаю, – сказал маг и улёгся на циновку. Но спокойно полежать ему не дали. В юрту вошли два северянина.
– Кто здесь Ураган Ортаска? – требовательно спросили они, глядя на Бухэ Барилдана. Здоровяк горько вздохнул.
– Я, – сказал Хромой Сом и вздохнул не менее горько.
Северяне молча переглянулись. Затем внимательно рассмотрели Урагана Ортаска.
– Худой какой, – сказал один из них. Хромой Сом сделал глубокий вдох и крепко зажмурил глаза, мысленно считая до десяти.
– А что вам надо от знаменитого Урагана Ортаска? – поинтересовалась Белинда.
– А! – сказал один из северян, тот, который упомянул худобу мага. – Мерку снять. У вас ведь нет борцовского костюма?
– Нету, – сказал Хромой Сом.
– Худой какой, – снова сказал северянин. – Наверное, ушивать придётся.
Затем северяне проворно обмерили мага и ушли, толкуя меж собой о различного рода сложностях, связанных с размерами Урагана в частности и южанами вообще.
– Что за костюм? – спросил маг у Бухэ Барилдана.
– А! – неожиданно громко отозвался здоровяк. – Массаж ему ещё можно сделать.
– Я сделаю, – торопливо сказала Аманда. Всё-таки она себя чувствовала немного виноватой перед магом.
– Так что за костюм? – снова поинтересовался Хромой Сом, ложась на низенький топчанчик животом вниз.
– Хороший костюм, – вздохнул Бухэ Барилдан. – Красивый. Э, что ты делаешь?
Последняя фраза относилась к Аманде, которая принялась часто тыкать в мага конч-ками пальцев, отчего маг начал непрерывно ойкать, а Ерлан и Ерман высказали по одному осторожному совету каждый.
– Не лезьте не в своё дело, – уверенно ответила им Аманда, прекратив потыкивания и переходя к поглаживаниям. – Поверьте мне, уж в массажах-то я разбираюсь.
Великолепный пример того, что есть вещи, в которых знает толк каждый. Но в любом случае лучше обратиться к специалисту.
Как и было объявлено, турнир начался в полдень дня следующего. Южан посадили на довольно хорошие места – всё-таки гости. Здесь же посадили и Аманду с Белиндой. Им было немного не по себе без мага, но Хромой Сом никак не мог быть с ними, поскольку полчаса назад его куда-то увели; надо полагать, облачаться в хороший, красивый костюм. Позади Аманды обиженно сопел Бухэ Барилдан. Он, в отличие от мага, хотел принять участие в турнире, но Эрдэ Гор запретил ему даже и мечтать об этом. В связи с этим Бухэ, как уже было сказано выше, обиженно сопел и, с мстительным наслаждением нарушая приказ своего начальника, яростно мечтал о схватках. Что делать, как уже было неоднократно подмечено – жизнь есть сущность, мало заботящаяся о справедливости.
Народ меж тем волновался – всем было уже объявлено, что на нынешнем Празднике будет бороться сам Ураган Ортаска. Кто такой Ураган Ортаска, никто не знал, и эта сладкая тайна будоражила неискушенные в законах рекламы умы степняков со страшной силой. Все косились на Бухэ Барилдана, поскольку, по мнению большинства, он наиболее полно отвечал их представлениям о знаменитом и непобедимом борце. Часть этих взглядов доставалась Аманде с Белиндой. До поры до времени такое внимание льстило девушкам, пока Аманда за своей спиной не услышала чью-то реплику: «Да брось, обычные женщины, просто страшные». Аманда обернулась, полная праведного гнева, но при виде Бухэ Барилдана она словно вспомнила что-то вдруг, и её негодование поугасло.
Снова грянул меднотарелочный оркестр, на этот раз к нему присоединились некие духовые инструменты, завывавшие пронзительно, и толпа заволновалась с удвоенной силой. Под этот бодрящий лязг и вой на свободное пространство один за одним начали выходить борцы. Толпа взревела, каждый род приветствовал своих кумиров не щадя глоток, и кумиры кланялись в ответ, показывая, что, мол, да, жизнь положу за честь родного улуса. Одеты борцы были согласно традициям: небольшой верх, закрывающий только плечи, широкие и короткие плавки, кожаные сапоги с загнутым носком и алхиндская остроконечная шапка. Отметим, что в таком наряде грудь борца остается оголенной. Фасон этот был специально введён в моду много лет назад, дабы женщина случайно не вмешалась в спор мужей.
Белинда, не без толики восхищенья смотревшая на борцов, совершенно неожиданно для себя, даже можно сказать, как-то вдруг представила в подобном облачении Хромой Сома и, – слаб человек! – не смогла удержать мерзкого на слух хихиканья. Борцы меж тем выходили и выходили, толпа ревела, борцы раскланивались на все четыре стороны, в общем, всё шло как надо по заведённому веками порядку. Последним вышел Хромой Сом.
И здесь заведённый столетиями порядок нарушился.
