Прапорщик кивает в сторону кузова, глушит мотор и вылезает из кабины. Он открывает задние двери и показывает мне несколько алюминиевых фляг. Конспиратор, Схлопку на него! Фляги все в застарелых пятнах меда.
– Когда твои приедут?
– Как договорились, через час.
– Успеем.
Мы проходим в зимник, присаживаемся на половую лагу, и я открываю кейс. Прапорщик пересчитывает деньги и ставит кейс на землю.
– Пошли, принесем товар.
Фляги неподъемные, но и мы – мужики крепкие. Кряхтя и сопя, перетаскиваем фляги в зимник. Прапорщик их открывает, а я проверяю состояние оружия. Все в порядке. Сразу видно, что «излишки» поступили сюда прямо со склада. Передаю кейс с деньгами прапорщику. Он открывает свой, достает оттуда бутылку коньяка, два пластмассовых стаканчика, порезанную ветчину и лимончик.
– Спрыснем сделку, – предлагает он.
– А не боишься? Ты же за рулем.
– Не боюсь. Меня ГАИ не останавливает.
Выпив по рюмке, мы прощаемся. Прапорщик желает мне удачи и уезжает. Через пятнадцать минут подъезжает «Газель», которую Анатолий нанял, чтобы вывезти оружие. Еще раз восхищаюсь предусмотрительностью прапорщика. Водитель, помогающий нам грузить в кузов запачканные медом фляги, никогда не догадается, что в них лежит на самом деле.
Лена несколько дней проводит за компьютером, отрабатывая и анализируя ситуацию, которую она хочет спровоцировать. Наконец она заявляет, что все готово, и она сегодня последний раз встретится с Герасимовым.
– А у тебя, Толя, как дела? Чем нас порадуешь? – интересуюсь я.
– Сейчас зон возможных переходов имеется около десятка. Но, к сожалению, все они довольно далеко. А вот дней через пятьшесть коечто появится и поблизости.
– Вот на этот срок и будем ориентироваться.
После встречи с Герасимовым Лена возвращается поздно ночью. Мы не спим, ждем ее. Меня, как только она ушла, одолело какоето мрачное предчувствие, и, видимо, моя нервозность передалась другим.
– Все, – говорит Лена, устало усаживаясь в кресло. – Раскололся Геннадий Харитонович. Созрел. Хоть сейчас в печь сажай. Ох, и твердым он орешком оказался!
– Как же тебе удалось его разгрызть? – спрашивает Анатолий.
– Очень просто. Я начала пренебрежительно критиковать стриптиз и сексшоу, которые нам демонстрировали в «Лиловом баре», Герасимов намекнул мне, что на словах все мастера, а вот на деле… Я скромно потупила глазки и еще более скромно пролепетала, что владею этим искусством ничуть не хуже тех див, что здесь выступают. Просто мое искусство я демонстрирую только избранным, в виде подарка. И тут Герасимов заявил, что через шесть дней у него день рождения. «Вот тогда подарок и получите», – сказала я и сделала при этом так.
Лена закидывает ногу на ногу, приподняв при этом подол платья так, что стали видны ажурные белые трусики. Правая ступня делает вращательные движения, а пальчики левой руки гуляют по нижней губе от одного угла рта до другого. Жемчужные глаза начинают лихорадочно блестеть.
– Тут мой Геннадий Харитонович полностью потерял контроль над собой, – продолжает Лена. – Минут двадцать он пожирал глазами мои ноги, талию, грудь и шею и довольно связно отвечал на мои невинные вопросы. Я уже выяснила все, что хотела, когда он спохватился и прикусил язык.
Поэтому мне не удалось выяснить самого главного: местонахождение центра трансплантации и маршрутов доставки к нему доноров. Но дальше играть стало уже опасно, и я перешла на кулинарную тему. Время с ним. Информации вполне достаточно, чтобы устроить этим затейникам веселую жизнь, насыпать им перца в кофе и намазать печенье горчицей. Долго они будут нас вспоминать. Завтра же я подготовлю материал. А через пять дней мы исчезнем. Хороший подарок получит Геннадий Харитонович ко дню рождения!
ГЛАВА 19
Ни бегство от огня, ни страх погони – ни при чем,
А Время подкатило, и Фортуна улыбалась,
И сабли седоков скрестились с солнечным лучом…
Проснувшись и позавтракав, Лена садится к компьютеру. Работает она долго и после обеда показывает мне сообщение о подпольной торговле человеческими органами и адреса, в которые она намерена это сообщение отправить.
Вчитываюсь в текст, и у меня начинают шевелиться волосы. Бизнес на трансплантации принял глобальные масштабы. Складывается впечатление, что вся необеспеченная часть населения Земли в добровольнопринудительном порядке стала донорами жизненноважных органов для обеспеченной части. А какие имена! Я не верю своим глазам, когда читаю фамилии. Президенты, первые лица государств, видные религиозные деятели, кинозвезды. Все они когдалибо пользовались услугами международного подпольного центра трансплантации. И теперь, понятно, этот бизнес находится под их высоким покровительством.
– Откуда ты узнала эти имена? Неужели Герасимов сказал?
– А кто же еще? Ну, понятно, не прямо так и сказал, но и не стал отрицать, что все эти лица «у них в кармане».
– Ну? Будешь отправлять сообщение?
– Я, потвоему, сумасшедшая? Да нас завтра же вычислят! Нет, эта ракета уйдет на цель часа за два до того, как мы уйдем отсюда. Не раньше. А это будет дня через четыре.