– Бросьте ваши упражнения. Не тратьте зря время, моё и ваше. Вы же видите, у вас ничего не получается. И не получится, смею вас в этом заверить. Я вам просто не по зубам.
Боль усиливается до пределов невыносимости. К ней добавляется звук циркулярной пилы, грызущей морёный дуб или красное дерево затупившимися зубьями. Меня раздирают два взаимоисключающих желания: бежать отсюда без оглядки или разрядить в Таканду самое меньшее половину магазина автомата. Еще немного, и я сделаю или то, или другое. А может быть, и чтото третье. Что, мне пока в голову не приходит. Но неожиданно сдаётся сам Таканда. Все жуткие ощущения внезапно покидают меня, и я перевожу дух. А собеседник вытирает пот, обильно оросивший его лысый череп. Впечатление такое, что неудачная псиатака дала серьёзную отдачу. Около минуты он тяжело дышит, закрыв глаза и откинувшись на спинку кресла. Не открывая глаз, говорит:
– Что ж, на этот раз ваша взяла. Но на будущее советую не обольщаться. Так о чем мы говорили?
– В самом начале нашего разговора вы обещали мне ответить на все вопросы, но уклонились от ответа на самый первый и самый главный. Вам его напомнить?
– Не надо, у меня память настолько хорошая, насколько у вас плохая. Вы уже получили ответ на этот вопрос. Правда, не от меня и не от моих соратников. Вам выболтал всё тот слабый человек, которого вы пытали током.
– Это господин Герасимов, бизнесмен от трансплантации? Но ведь он ничего толком не сказал. Нёс какуюто ахинею, в которой сам ничего не понимал.
– Ахинею? Хм! Для него это, конечно, была ахинея. Но не для вас. К тому же он выдал вам наш сайт в Интернете, с помощью которого мы управляли перестройкой того мира. А ваш молодой товарищ расколол кодировку паролей. Так что теперь вся информация в ваших руках.
Я вспоминаю бледное, мокрое от пота лицо Герасимова. Вспоминаю его безумные глаза, стучащие зубы. Вспоминаю те отрывистые слова, которые он тогда выталкивал из себя, рискуя ежесекундно откусить себе язык. Тогда я ничего не понял. Но теперь! Меня словно озаряет. Неожиданно я понимаю смысл того, что говорил Герасимов. Мне становится страшно. Страшно до одури. Жутко. Вот, оказывается, какую цель преследуют «прорабы перестройки». Вот для чего им это нужно!
Минуты три я молчу и смотрю на Таканду. А тот, безмятежно сложив руки на животе, разглядывает меня. Монстр! Упырь! Хуже упыря, хуже! Много хуже.
– Если я сделал правильные выводы, то вы, отец Таканда, гораздо более опасны, чем я полагал раньше.
– Вы – тоже, – быстро парирует Таканда.
– Теперь, чтобы положить конец нашей беседе, осталось выяснить один вопрос. Откуда мы грядем? Куда свой путь вершим? В чем жизни вашей смысл? Он нам непостижим. Вы поняли смысл моего вопроса?
– Вполне.
Таканда впервые улыбается. Лучше бы он этого не делал! Так, наверное, улыбается гюрза, заглотившая суслика. Тонкие губы сжимаются самым жеманным образом, а в свечении глаз появляется странный розовый оттенок.
– Мне кажется, уважаемый Андрей, вы слишком много хотите узнать для первой встречи.
– Отец Таканда, я думаю, что второй встречи может и не быть.
– Зря так думаете. Впрочем, вы имеете достаточно информации, чтобы сделать правильные выводы.
– Я так не думаю. Но хорошо, раз уж вы не желаете отвечать прямо на поставленный вопрос, сформулирую его иначе. Вы – жители Земли или пришельцы?
– И да, и нет.
– Странный ответ.
Таканда вновь улыбается и, помолчав немного, спрашивает:
– А почему вам пришла в голову мысль, что мы можем быть пришельцами?
– Ни одно существо на Земле не обладает столь мощными парапсихологическими возможностями.
– Вот здесь вы ошибаетесь. Количество миров на этой планете не поддаётся исчислению. И есть среди них такие миры, обитатели которых…
Таканда неожиданно прерывает свою речь и мрачнеет. Понятно. Он вспомнил о поражении в Фазе биологической цивилизации. Ну а у меня есть еще один аргумент.
– Подойдём с другой стороны. Герасимов говорил нам, что вы поступаете так, как люди поступить никогда не смогут. Что у вас даже мышление иное.
– А что этот кретин понимает в мышлении? Он стоял на слишком низком уровне развития, чтобы сделать правильные выводы. Вот вы – вы намного выше его. Но вы тоже не можете охватить своим умом даже простейшие истины. А истина состоит в том, что на этой планете существует помимо известных вам цивилизаций еще и сверхцивилизации. Почему вы так скептически усмехаетесь?
– Мне всегда забавно слышать эту приставку – «сверх». Одно дело, когда речь идёт о сверхзвуковом самолёте. И совсем другое – когда говорят о сверхчеловеке, сверхдержаве, сверхцивилизации. Как правило, так называют себя те, кто предпринимает потуги подтянуть эти понятия под себя. То есть пытается чемто себя выделить из окружения. И дай Время, если у него есть к этому хотя бы малейшие основания. Но, как правило, эти основания существуют лишь в их воображении. Не будете ли вы любезны, отец Таканда, объяснить мне, какие у вас есть основания считать себя представителем сверхцивилизации?