Второй же боец попытался зайти ко мне со спины и ударить в крысу, без замаха. Приготовился острием проткнуть меня насквозь, но я его заметил раньше и ударом рукоятью с разворота отправил его оружие выше намеченной цели. Тут же отшатнулся от удара первого, сделал шаг в сторону, парировал очередной выпад.
Я их не вывезу. Просто не могу, слишком много защищаюсь, почти на нападаю и очень быстро выдыхаюсь. Не потому что дыхалка плохая, я просто не могу за ними угнаться. Сверху над головой в очередной раз пролетело лезвие клинка, ещё один меч ушел в сантиметре от руки. Где-то на периферии остался ещё один противник, если к бою присоединится ещё и он, мне конец. Тем более, назад мне отступать никак нельзя. Ненароком ещё на Белую наступят…
Так, стоп.
Какого хрена она там разлеглась⁈ И я её белые волосы блин даже отсюда вижу! Даже сейчас! Хотя, если не знаешь где она конкретно лежит, то и не увидишь так сходу. Только вот она и дергаться не может — сразу заметят.
Не, вариантов нет. Из выбора героической и бесполезной смерти во имя высших целей и нарушением закона первого контакта я выберу всё же второе.
Всё же если я тут героически сдохну, я расстроюсь.
Потому я просто бросил бесполезный сейчас меч и ушёл в сторону от очередного выпада противника. Видимо он решил, что я решил сдаваться, сразу удары стали чуть легче. Конечно, с морально проигравшим противником и справится легче…
Только вместо того, чтобы опять увернуться, я смещаюсь вправо, прикрываясь его напарником. Тот в свою очередь тоже бьет мечом, который я беру в клинч стволом.
Второй же рукой я снимаю со своего лица маску, от чего оппонент дергается. Мне этого хватает, я выкручиваю ствол лицом к лицу противника и жму на курок.
Минус один. Тело с удивлённым взглядом в никуда падает на траву.
Второй не заставил себя долго ждать. Он что-то прокричал яростное и не разборчивое до такой степени, что мой переводчик ничего не смог разобрать, и бросился на меня с оружием в замахе. Даже не пытаюсь парировать, просто ухожу в сторону, пропуская клинок и вытягиваю пистолет в сторону врага. Он пытается уйти от пули, но куда уж там. Я же даже не бил, просто навел так, чтобы нельзя было просто так отпрыгнуть.
Тишину окружающего леса прервал хлопок второго выстрела.
Я быстро разворачиваюсь к месту, где изначально проходило сражение… Только там уже никого не было. Зато вот ускакивающую в сторону, откуда мы пришли, лошадь я быстро увидел. Только вот ничего бы уже не сделал, слишком далеко ушёл.
— Что ты наделал? — скорее утверждала, чем спрашивала Белая. — он же примчится к своим друзьям и расскажет про нас. Это же просто нарушение всех законов…
— И что же он расскажет? — я посмотрел на левую руку. Блин, порезал всё-таки немного. — что тут какой-то безумный… Маг? Или что? Они впервые видят огнестрел, а всех остальных свидетелей они сами перебили.
— И что нам делать?
Я подобрал выброшенную ранее железку и срезал ею кусок ткани с… что это? Наддоспешник? Рубашка? Тут есть разница между этими двумя словами? Пусть будет рубашка.
Короче, срезал с его рубашки более-менее чистый кусок ткани и перевязал себе порезанную руку.
— С ним? Ничего. А вот с тем, что находится в повозках, я бы взглянул.
Вот в любой книге про всякие появления в дебильных… Не, фентезийных… фентезийных мирах с магией и блэк джеком, всегда есть какие-нибудь встречи с торговцами, которые провожают тебя до города. Или до доброго патруля солдат, который сопровождает до деревни, или до путника, который с тобой идёт до… Короче не важно. Есть кто-то добрый, кто выведет тебя в люди. Ну это клише такое, я не виноват.
Так какого хера мы напоролись на работорговцев, дерущихся с какими-то придурками на подобие солдат?
Я встал перед деревянной переборкой и осмотрел содержание одной из повозок ещё раз, просто для проформы. Ну как это по-другому описать, если не повозка работорговцев, а?
Внутри были тела. Много тел. Я не считал, но точно больше, чем она должна была вмещать. Их тут запихнули, как шпроты в банку. А банку обнесли изнутри стальными прутьями, чтоб не сбежали. Помимо людей, тут были и другие представители, одетые кто как. Значит, рабство тут одинаково относится ко всем.
— Зачем они это сделали? — спросила то ли меня, то ли просто в воздух фразу бросила Белая. Она всё это время обыскивала тела, так что времени глянуть на картину внутри повозок у неё не было.
— Кто именно? — конкретизировал я. — Работорговцы? Потому что работу они выбрали такую.
— Нет, я знаю но… Зачем они их убили?
— Вот на такой вот прекрасный случай, — я обвел рукой округу. — легче и безопаснее перебить товар, чем потом ждать нападения если не смогли отбиться. Люди, знаешь ли, иногда могут сболтнуть лишнего во время пути. А рабы, по сравнению с неживыми вещами, в большинстве своём имеют прекрасный слух. Это… — я поводил рукой в воздухе. — скорее мера предосторожности.
— Ты говоришь так, как будто имел с такими вещами дело, — покосилась на меня девушка.
