Только эти два придурка в балахонах уснуть не дали. Сейчас я имел все права прервать операцию и эвакуироваться с планеты. Единственное, что меня удерживало — задания про которые «забыли сказать сразу» и желание Эльзы их выполнить. Тут я скорее работаю по принципу «нет опасности — нет проблем для выполнения». Но, копченая оговорилась, что кто-то приехал в город в поисках путешественников. Жаль, примет она не узнала, но сам факт немного напрягает. С другой же стороны эти придурки в балахонах что-то тут вынюхивают. Они может и не за нами все пришли, но всё же немного напряжно.
— Андрей, ты спишь?
Блин, ну вот и проснулась беда, когда не ждали. И что ей сказать теперь? Да, сплю? А хотя…
— Сплю.
— Но ты же говоришь.
— Это во сне, — просто заметил я и показательно захрапел.
— Может хватит уже? — возмутилась лежащая и смотрящая в потолок ученая. И замолчала где-то на минуту. — скажи, как они погибли?
— Кто именно?
— Группа. Как погибла предыдущая группа.
— Не знаю, — пожал я плечами, также смотря в потолок. — одного проткнули чем-то вроде штыря или меча, вторая была без головы. Третий… Не знаю. Честно не знаю.
Повисла тишина. Никто не хотел продолжать, да и я, честно говоря, начал уже вырубаться.
— Они мучались?
Блять, приплыли, выходим. Ну откуда я-то знаю…
— Нет, думаю нет.
— Хорошо, — прошептала ученая. — хорошо, спасибо тебе…
Больше никто ничего не говорил, но я слышал тихие всхлипы Эльзы. Нет, Белой. Сейчас она была именно Белой, которая, скорее всего, в первый раз потеряла знакомых коллег. Не каких-то там левых солдат, которых она всего пару дней знала, в давних знакомых
А может и не в первый. Откуда же мне знать? Но в любом случае, ей завтра нужно будет это всё оставить в прошлом и работать дальше.
Темные ржавые коридоры космического корабля освещались просто ужасно. Я бежал по ним, оббегая заграждения, завалы. Пробегая мимо заваленных хламом и заваренных отсеков. Перевёрнутой мебели и какого-то неизвестного мне оборудование. Со мной рядом чуть позади бежал Череп.
— Мы людей тут теряем! Уходить надо, старлей!
— Они прорываются в секторе восемь-шесть! Кто-нибудь помогите!
Рация разрывалась от криков командиров и возгласов солдат. Ситуация выходила из-под контроля и все это отчетливо понимали. Я тоже понимал, но не спешил уходить со всеми. Нужно было ещё кое-что сделать…
— Андрей, я в крыле «H» меня прижимают!
— Держись, мы на подходе!
Я добежал до Г-образного поворота и забежал за него. Выбежал в проржавевшую от старости и оставленную людьми комнату. Один только хлам и редкие тела погибших здесь солдат. Ничего особенного, темно и пусто.
— Старлей! — вновь ожил мой канал связи. — у нас ситуация критическая! Я теряю людей, чтоб всё это! Мы уходим через 5 минут с вами или без вас, понял меня⁈
Не до этого. Сейчас не до ответов. Череп также не отставал ни на шаг. Мы почти добежали. Впереди уже слышались крики и звуки боя, которые глушились среди коридоров и переборок. В конце концов, на таком огромном корабле звуки просто теряются. Переходят в эхо. Тускнеют…
Я прижался к стене. Череп продублировал действие с противоположной стороной прохода. Мы медленно и осторожно шли вперёд, когда в наушниках звучали крики, призывы о помощи и мольбы. Много докладов и много криков. И среди этих криков шли еле различимые обрывки слов и фраз тех, кого я когда-то уже слышал.
— …Штабной корабль повредили…
Я их в последнее время слышу слишком часто. Приелись уже, постоянно одно и то же, но в разных интерпретациях. Жаль, только тело пока само собой работает. Как будто воспроизводит ранее произошедшие события.
— …Эльфы! Прикинь! Мы с ними сможем пообщаться…
— …Ты же обещал, что без аптечки не вернешься…
Я выглянул за поворот и увидел бой в другом конце отсека Шмеля с неизвестным нечто. Он снова, в очередной раз меня не видел, как обычно. И я снова не выдерживаю, снова срываюсь с места и бегу к нему на помощь.
— Шмель, держись, мы пришли за тобой!
Снова узнавание, разворот боца, прокалывание его насквозь какими-то шилом. Снова я не успеваю ничего сделать и мне остается только наблюдать. Короткая автоматная очередь и дверь отсека захлопывается, отсекая нас с Черепом от визуального наблюдения, но оставляя звук разрываемого тела и криков. Я бью прикладом по панели, по двери, лишь бы это всё прекратилось.
— Командир. Отходим, не помочь ему.
Я не его слушаю, всё также пытаюсь туда прибиться. Когда я в очередной раз замахиваюсь, кто-то хватает меня за руку, а голос Черепа звучит ближе.
— Джокер, чтоб тебя! Нам уходить нужно!
