Сначала они в облаке быстро рассеивающегося газа вышли из подпространства возле дрейфующей по орбите верфи: она основа плана. На этот раз высаживаться пришлось Хомскому в сопровождении стрелков. Дворжак вызвался сторожить запертых в собственных скафандрах землян. Была опасность, что старый адмирал не потерпит такой выходки, и Басов напряженно ждал, что вот прямо сейчас изнанка выбросит рядом с ними линкор, и тогда все закончится, даже не успев начаться. Но все оставалось спокойно.
Несколько часов понадобилось, чтобы разобраться в системе и найти способ отстыковки одного из мертвых фрегатов. Специалисты бы справились быстрее, но таких не было. Хомский закрепился за торчащие из стен конструкции, совершенно не приспособленные для человека, и смотрел, как фрегат неторопливо уходит от причальных захватов. Долгого ожидания они себе позволить не могли, и Басов после тщательного прицеливания выпустил по корме фрегата короткую очередь из точечных пушек. Мертвый корабль дернулся, получив импульс, и начал удаляться быстрее, забирая при этом в сторону. Теперь место оказалось свободным.
Специальными программами на такой случай люди из будущего не озаботились, и Басову пришлось швартоваться вручную. Он не рассчитал совсем немного, ударом людей на причале едва не разметало по стенам, но захваты сработали четко, соединяя верфь и фрегат.
Приказав людям возвращаться обратно, капитан попробовал соединиться с внутренней сетью верфи, но та молчала, сигнал уходил, но не мог найти приемник. Но возможно, это и к лучшему: неизвестно, что бы вышло, если бы ИИ верфи очнулся.
Хомский с людьми Басова вернулся через двадцать минут. Скафандры они скинули еще в ангаре, но все же принесли на себе аммиачную вонь, оставленную рассеявшейся атмосферой газового гиганта. Ее Басов почувствовал даже сквозь кокон. Сержант быстро заскочил в свой, тут же оказался в виртуале, спросил:
«Куда теперь?»
Басов толкнул к нему карту, и Хомский присвистнул. А через несколько минут они снова прыгнули, унося с собой вражескую верфь.
***
Бой здесь уже заканчивался. Перевес, как и почти везде в человеческих системах, оказался на стороне врага, все небо над планетой, крупным сельскохозяйственным центром в этой части космоса, было заполнено погибшими кораблями и разрушенными орбитальными платформами. Поверхность планеты покрывал толстая непрозрачная завеса из гари и пепла. Сфера висела в полутора тысячах километров от планеты, и к ней стягивались закончившие инспекцию системы фрегаты. Кое-где еще тлели локальные сражения, но все уже было кончено.
Басов постарался отгородиться от того, что открывало изображение с телескопов, но ярость старалась прорваться, не найдя выхода, отдавалась тупой болью в груди. Капитан почувствовал, как его рука в коконе дернулась к грудине, заставил себя дышать ровно и глубоко. Скоро все это закончится. Так или иначе. Рядом вибрировал от злости и напряжения Хомский.
«Что дальше, капитан?» – спросил он, и голос его звенел.
А дальше верфь полетела по четко рассчитанной траектории, которая проходила совсем близко от сфероида чужаков. Расчет был на то, что ИИ не станет бросать такой лакомый кусок. А также на то, что он не станет задаваться вопросом, откуда здесь могла взяться верфь. Все системы были отключены, капитан и сержант покинули коконы, теперь они заняли места навигаторов, изучая происходящее на экранах. Погасили даже освещение, полностью заглушили прыжковый двигатель, систему хронореверса – все, кроме жизнеобеспечения, чтобы можно было вывести реактор на минимальную активность и не выделяться фоне мертвых кораблей.
Им повезло. Сфера перехватила их, когда Басов уже готовился признать поражение. Это была одна из самых слабых частей плана, и он вызывал больше всего возражений у Хомского, хоть против этой части плана он ничего не имел. Верфь медленно ползла к сфере, притягиваемая чем-то вроде причального луча. Обзор снова шел только с пассивных датчиков, но их хватало вполне, чтобы рассмотреть происходящее. Поверхности на сфере все еще не было, и Басов теперь видел, как ее заполняют прибывающие корабли. Они занимали места, повисая в магнитом поле, удерживаемые только им, многие сотни, но когда поток фрегатов иссяк, они с Хомским не без злорадства увидели, что в сфере осталось слишком много свободного места. Люди все же учились справляться даже с таким врагом.
Верфь приближалась неторопливо, и заняла место внутри точно в тот момент, когда все фрегаты чужаков уже приготовились к переносу. Ее разместили в пустом пространстве, подвесив на магнитных полях. Сейчас все решится. Сейчас… Оболочка сферы снова стала непрозрачной, отсекая не только свет, но и прочее излучение. Фрегат оглох и ослеп, Басову оставалось только смотреть в потемневшие экраны. Хомский из соседнего кресла бросил мрачно:
– Кажется, началось.
Ушел ли сфероид в прыжок? Через час они договорились считать, что да.
***
– Капитан, мы на месте! – в голосе дежурившего в рубке юнца звучали страх и возбуждение.