В Гринготтс все прошло без сучка и без задоринки – счет и сейф супругу главы рода оформили в один момент, в качестве подтверждения потребовав лишь оттиск обручального кольца. Купив хорошего вина и устриц, к которым был неравнодушен Северус, Деймос завернул еще в лавку, торгующую редкими ингредиентами, и открыл там неограниченный кредит на имя Северуса Снейпа. Отправив из укромного тупичка Лютного Патронуса Люциусу с просьбой о личной встрече, он, подумав, решил все-таки купить сову, ведь такие средства передачи информации, как Патронус и каминная сеть, имели целый ряд недостатков.
В зверинце было немноголюдно. Быстро выбрав очень красивую угольно-черную сову с огромными желтыми глазами, Деймос терпеливо выслушал рекомендации по содержанию довольно прихотливого, как оказалось, питомца, купил большую клетку и весьма довольный собой и приобретением, аппарировал домой.
Первым, что он услышал, оказавшись в малой гостиной, граничившей с открытой для орденцев частью дома, был сотрясающий стены крик – миссис Уизли воспитывала подрастающее поколение. Невольно вспомнив свой непродолжительный брак с Джинни, Деймос досадливо поморщился. Наложить на стену заглушающее было несложно, но терять связь с событиями, происходящими в той части дома, не хотелось. Поручив Аида (так он решил назвать своего нового вестника) Критчеру, он направился на поиски супруга.
Заглянув в лабораторию, он обнаружил, что Северус варит очередную бурду, препираясь с портретом Вальбурги по поводу нарезки каких-то подозрительных студенистых червяков.
- Всем привет, моя леди, вы прелестно выглядите. Северус, я принес устриц.
Сидящая в нарисованном кресле Вальбурга лениво обмахивалась кружевным веером, а подол ее темно-синего бархатного платья лежал на полу живописным складками.
- Добрый вечер, Деймос, руки не подаю, сам понимаешь.
- Сожалею, - улыбнулся тот. – У тебя всегда были потрясающие духи, Вал.
Дама махнула на него веером и вернула улыбку.
- Что теперь говорить? Все в прошлом. Как там Рег?
- Разгрузил меня с Гринготтс и прочими делами рода. Очень толковый молодой человек.
- Спасибо тебе, - после небольшой заминки тихо сказала Вальбурга.
- Ну, что ты. Это же было в моих силах.
Леди с треском сложила веер и заметила:
- Хотя превращать наш дом в штаб-квартиру подпольной организации было крайне опрометчиво!
- Все претензии к Сириусу, мадам. В этом времени я еще несовершеннолетний и боюсь слово поперек взрослым сказать – чтобы не разлюбили, заботиться не перестали. Я, знаете ли, в детстве не был избалован вниманием.
- Надо было забрать тебя сразу после смерти родителей, - сказала вдруг Вальбурга. – Как-то я сразу не додумалась.
Деймос расхохотался.
- Представляю: герой магической Британии, выращенный в лучших традициях темных семейств! Да Дамблдор съел бы собственную бороду! Приехал бы я в Хогвартс весь из себя избалованный, в обнимку с Малфоем, то-то Сев бы ядом изошел. Особенно, если бы я распределился на Слизерин, а это бы совершенно точно произошло, потому что Шляпа мне и так предлагала, но я отказался.
- И хвала Мерлину. Нечего гриффиндорскому герою делать в рассаднике Тьмы, - проворчал Северус. - Директор бы совсем меня извел.
- Директор озаботился тем, чтобы сформировать у меня правильное восприятие действительности. Хагрид простодушно заявил мне, одиннадцатилетнему, что страшный темный маг, убивший моих родителей, тоже учился там. Как и большинство плохих парней.
- Дальновидно.
Снова раздался крик, какой-то грохот, звуки ломаемой мебели и рикошетящих от стен заклятий. Вальбурга нервно поправила платье, но ничего не сказала.
- Зоопарк, - мрачно высказал общую мысль Северус. – Когда все это закончится, от дома не останется ничего.
- Все будет нормально, не переживай. Сириус, конечно, не испытывает особого пиетета перед наследием предков, но разрушать свое единственное убежище ему невыгодно. Когда я переехал сюда, тут был относительно жилой вид, так что… беспокоиться не о чем. Кстати, моя леди, вынужден признать, что вы зарыли свой актерский талант в землю. Ваш портрет в прихожей – это…
- Благодарю, - сухо ответила Вальбурга. – Кто предупрежден, тот вооружен. Не могу сказать, что присутствие в доме, в который я вложила столько труда, посторонних, да еще… таких, доставляет мне удовольствие, но и кричать всякие гадости мне не по душе.
Она некоторое время сосредоточенно разглядывала свои руки, а потом тихо добавила:
