- Послушай, что я тебе сейчас скажу, Деймос, - Северус резко сел и ожег его взглядом. – Повторять не стану. Гарри – мой. А ты – того Северуса, которого оставил в своем времени. Меня тянет к Поттеру, я каждой клеточкой чувствую его. Когда он глупо прячется под своей мантией, знаю, когда он боится, лжет, ненавидит, любит. Слышу каждый его вдох, когда он рядом. Он – часть меня. Неотъемлемая, вечная. Как… сердце, бьющееся вне тела. Ты – это другое. Мы с тобой как половинки одной и той же фотографии, только одна из них бережно хранилась под консервирующими чарами, а вторая лежала на солнце. Мы одно негармоничное целое. Ты знаешь, как я… люблю тебя. С детства. Но ты – муж того Северуса, который наверняка скрипит зубами каждый раз, как ты уходишь. Он ведь знает. Знает, что ты… делаешь тут со мной, верно? Так же как я знаю, что мой Поттер будет целоваться с Чанг, с Уизли. С последней он даже будет спать в одной постели, будет трахать ее… мой Гарри, понимаешь? Он будет звать ее своей, не зная, что все давно решено за него. А я буду ждать.
- Северус…
- Не надо, Дейм. Ты и он – один человек, но я отдал бы все на свете за то, чтобы у каждого из нас был свой муж. Я старше тебя на двадцать лет. Ты – мой щенок с вечно мокрым носом.
- Ну, не сказал бы. Это ты мой лягушонок с вечно холодными ногами, - Деймос ухмыльнулся и, потушив сигарету, привлек напряженного Северуса к себе. – Давай не будем усложнять, а?
- Не я завел этот разговор, Дейм. Ты хотел правду? Она такова: мы поставили карету впереди тестрала, и это несколько… неестественно. Но от этого не менее приятно, - он склонился к мужу и поцеловал его. – Я буду с нетерпением ждать, когда щенок вырастет в волкодава. С удовольствием понаблюдаю и… поучаствую.
- Хм… как насчет… потренировать волкодава? Я обещаю безропотно выполнять команды. Ну, там, «Лежать», например.
- Проверим. На спину.
- Нет такой команды.
- Кто-то обещал слушаться.
- Гав-гав, профессор Снейп!
- Поговори у меня.
- Только гавкаю, сээээр!
Северус не выдержал и улыбнулся. Нет, все-таки во взрослом Поттере было столько очарования и какой-то особой магнетической сексуальности, что отказываться от него не было никакого желания. Да и зачем? В будущем они вместе. Значит, он имеет на Дейма такие же права, как тот Снейп, что остался в будущем. Тогда, через пятнадцать лет, он будет жутко ревновать, это факт. Но до этого еще так далеко. И совершенно не хочется думать о ревности, когда матерый волкодав, выросший из смешного щенка с мокрым носом, доверчиво позволяет почесывать свой беззащитный живот, жмурясь от удовольствия.
***
Вернувшись в настоящее, Деймос долго рассматривал Северуса, теперь гораздо лучше понимая мотивы его отравления. Смог бы он уйти в прошлое, зная, что оставляет безумно ревнующего супруга здесь одного? Смог бы возвращаться весь украшенный засосами, с распухшими губами и растянутой задницей, зная, что все это не укроется от бдительного Снейпа?
Нет.
И это уже не говоря о том, что он никуда бы и не отправился, если бы жизни когда-то ненавистного человека ничего не угрожало. Просто развернулся бы и ушел, предварительно расторгнув, как он думал, навязанный брак. Это было бы катастрофой. Оставалось признать, что Северус оказался прав, приняв неизвестный яд. Он вообще оказывался прав с завидной регулярностью.
Потрепав спящего супруга по блестящим волосам, Деймос вдруг ощутил, что больше совершенно не переживает о том, что ему не удастся его разбудить. Скорее всего, там, в прошлом, Северус обо всем позаботился сам, как и всегда. Вряд ли он, прождав столько лет, просто бездумно отравился, решив не дожидаться выстраданного счастья. Нет, наверняка он все рассчитал и много раз перепроверил. Значит, и антидот должен был попасть ему, Деймосу, в руки где-то в конце этого странного квеста, носящего название «Путешествия в прошлое».
Осталось выполнить свою миссию до конца. Тогда можно будет поцеловать своего истинного мужа, сполна насладиться его ворчанием, уехать, наконец, в настоящий отпуск.
- Я смогу, Северус. Я совершенно точно смогу провести нас сквозь горнило этой войны, чтобы каждый получил то, чего так хочет: ты – Гарри Поттера, выросшего на твоих глазах, а я своего Северуса, любившего меня всю жизнь, которого я тоже помню трогательным, вечно всем недовольным лягушонком с холодными ногами. Обещаю тебе.
Принимая душ, Гарри вдруг ощутил, как в гостиной вспыхнул камин. Дом все так же был завязан на него, но Регулус иногда открывал доступ представителям Гринготтс. Но в этот раз границу территории Блэк-холла нарушил отнюдь не гоблин. Быстро выключив воду и наскоро вытеревшись полотенцем, он поспешно натянул домашние штаны, призвал палочку и аппарировал на первый этаж.
