- Перенеси своего идио… неразумного, инфантильного хозяина, не обремененного лишним интеллектом, домой и запри его в спальне. А еще лучше – в ритуальном зале.
- Критчер, нет, - спокойно запретил Блэк.
Старый домовик посмотрел сначала на одного хозяина, потом на другого и, видимо, принял решение.
- Критчер потом накажет себя, хозяин, - ехидно сообщил он Деймосу и ухватил того за носок тяжелого ботинка. – Сурово покарает.
Блэк обреченно вздохнул – видимо, одно из зелий было со снотворным эффектом – и позволил забрать себя в родовое гнездо.
***
Когда через обещанный час Северус переместился туда же, то обнаружил супруга абсолютно голым, сладко дрыхнущим на алтаре рода. Он лежал на животе, свесив одну из рук почти до самого пола, а кожа его будто впитывала яркое свечение, отдаваемое древним камнем.
Снейп немного постоял над ним, и, убедившись, что этому ненормальному, которого Судьба назначила ему в супруги, не холодно и не твердо на голом камне, отправился в спальню. Восстановлению сил главы столь темного и столь древнего рода мешать было нельзя. Деймос проспит столько, сколько нужно, но зато проснется прежним – магически сильным, деятельным и… до отвращения авторитарным.
В мире, что рушился вокруг, больно задевая своими обломками, Северусу не хватало как раз чего-то такого – надежного, постоянного. Своего рода точки опоры, при помощи которой можно было бы перевернуть Землю. Хотя сам опальный член Ордена, будущий Директор Хогвартса, убийца и шпион, никогда бы в этом не признался.
***
- Ммм… - Деймос сладко потянулся, но глаза открывать не спешил – ему было хорошо. Приятное тепло окутывало тело, сквозь веки будто просвечивало ласковое весеннее солнце, а все существо пело от струящейся по венам энергии. Казалось, одно легкое движение, и…
- Очнулся, - послышался знакомый голос, и Блэк, наконец, распахнул глаза. Слегка помятый Северус, одетый лишь в свою смешную ночную рубашку и халат, спущенный с одного плеча, неодобрительно взирал на него из-за завесы спутанных волос. – Меня-то зачем притащил? Король-солнце выискался. Четыре утра, между прочим, я лег только два часа назад!
- Чего ты ворчишь? – Деймос подвинулся на широком алтаре и похлопал рядом с собой. – Иди ко мне. Паршиво выглядишь.
- Покорно благодарю, - фыркнул Снейп. – Как я должен выглядеть, если не спал двое суток, а стоило мне прилечь на пару часов, как неведомая сила подхватывает меня и дергает сюда, потому что твое сиятельство изволило продрать глаза?
- Давай, топай сюда. Мое сиятельство раскаивается. Целебный сон в моих объятиях пойдет тебе на пользу.
- Магия рода испепелит меня на месте, когда считает мое едва контролируемое желание хорошенько приложить тебя чем-нибудь тяжелым.
- Я тебя защищу, мой прекрасный супруг.
Северус вздохнул и, скинув халат и рубашку, тяжело опустился рядом.
- Здравствуй, - Деймос крепко прижал его к себе, помогая устроится удобнее.
- Давно не виделись, - буркнул Северус, скрывая свое удивление: Алтарь ощущался, как покрытый тонкой тканью горячий песок – упругий, принимающий форму тела. Лежать было удобно.
- Спи. Через пару часов будешь как новенький.
Северус закрыл глаза, расслабляясь в надежных руках, жадно вдохнул знакомый с юности запах и буквально провалился в такой яркий, счастливый сон, какого у него не бывало даже в детстве.
Он шел по зеленой поляне, держа Деймоса за руку. Он раньше и представить не мог, каково это – идти с кем-то, не выпуская его ладони. Оглушительно пели птицы, видимо, притаившиеся в высокой, сочной траве, потому что ни одного дерева вокруг не было. Ярко светило солнце, разноцветные бабочки, маскировавшиеся под цветы, выпархивали прямо из-под босых ног, кружа вокруг, задевая своими легкими крыльями лицо и плечи.
Деймос улыбался. Северус не смотрел на него, но чувствовал, что тот улыбается. Широкая ладонь его ощущалась, как продолжение собственной. Война, Волдеморт, смерти, разлука – все казалось таким мелким и незначительным по сравнению с тем теплым, нестерпимо-ярким счастьем, что он ощущал сейчас. Радость будто вскипала в нем, и впервые в жизни он не ощущал ни стыда, ни долга, ни отчаяния, ни злости. Только всепоглощающую, чистую любовь. Она не умещалась в нем, выплескиваясь на все, что его окружало, казалось, ее так много, что она затопит весь мир. Становилось совершенно непонятно, зачем люди убивают друг друга, рвутся к власти, интригуют, воюют, если можно… быть вот так. Свободным. Ведь того, что он ощущал сейчас, не добиться ни войной, ни пытками, ни кровавыми ритуалами. Это дар, его не купишь и не отнимешь.
Его можно лишь разделить с тем, кто идет рядом.
Северус спал и улыбался во сне. Теперь он точно знал: если между ним и Деймосом есть такое, они смогут все. И ждать много лет, и выстоять против всего больного, несчастного мира, не знающего любви, и, если нужно, отдать друг за друга жизнь. Потому что оно, это всепоглощающее, светлое, все равно никуда не денется, ведь ничто не пропадает бесследно.
