- Не преувеличивай, - Снейп осторожно высвободится из крепких объятий, спиной ощущая, как Деймос сдержал рванувшую из него магию.
- Пьервый ряз вьижу тебья не одного. Красьивый мальчьик.
- Мальчику в этом году тридцать один, - недовольно проворчал Снейп, беря Деймоса за руку. – Дейм, это Майлз Коулбир из Зимбабве. Майлз, это Деймос Блэк, мой партнер.
- Очьень рад, мистер Блэк.
- Деймос.
- Окай! Окай! Не смьею надьеяться, что ты просто пришьел, чтобы поздороваться или похвастаться своим красьивым… партньером. После того, что мьежду нами было, можно говорьить без… как это слёво? Оби-нья-ков?
- Обиняков, - поправил Северус.
- Вьерно! Обиньяков, - покладисто согласился Майлз. – Так что?
- Мне нужны твои обезьяны. Все.
Майлз продолжил белозубо улыбаться, но Деймос буквально кожей ощутил, как тот подобрался.
- Ты думаешь?
- Регулярно этим занимаюсь, Майлз, - процедил Северус.
- Никакого чльеновредства!
- Членовредительства. Посмотрим. В конце концов, это ты виноват в том, что бОльшая часть присутствующих считает нас любовниками.
- О, мой красьивый Севрус, - Майлз оскалился и скользнул взглядом по мрачному Деймосу. – Развье…
- Нет. И последняя магическая дуэль ясно дала тебе понять, что я против таких слухов, не так ли?
- Это билё пьять льет назад! Красьивый…
- Я раскатаю того малолетнего урода, который это сделал. И лучше тебе отдать его добровольно. Я жду.
Майлз посерьезнел.
- Но твой мальчик нье пострадал.
- Только потому, что я – гений.
- Скрёмность никогда нье била твоей добродьетьелью, - рассмеялся Майлз.
- Ты вынуждаешь меня подозревать и тебя тоже, Коулбир. А мне бы этого очень не хотелось. Тем более, что в составе модифицированного приворотного я обнаружил одну весьма занятную связку. Шалфей и шерсть гривы льва. Ничего не напоминает?
Майлз схватился за посох и в один момент из улыбчивого красавца превратился в опаснейшего хищника. Длинные цветные подвески в его ушах предупреждающе звякнули.
- Не впечатлен, - констатировал Северус, даже не шелохнувшись. – Ты всегда был удивительно беспечным во всем, что касалось постели. И обезьяны у тебя бесталанные, но с крепкой, упругой задницей, не так ли? Отдай мне виновника, и мы забудем об этом милом инциденте.
- Ты вьиноват сам, - прошипел Майлз. – Надо лючше сльедить за своими игрюшками, Севрус.
Деймос тихо фыркнул и чуть отпустил силу, охлаждая пыл вспыльчивого мистера Коулбира. Тот будто наткнулся на ледяную стену и прикрыл глаза, прислушиваясь.
- Интьересно, - снова улыбнулся он. – Мои извиньения, Севрус, Деймос. Тигран будет у вас сегоднья же. Лишь надьеюсь, что вы, как цивильизованный люди…
Северус скользнул ближе и прошипел на ухо своему несостоявшемуся любовнику:
- Мы – да. Цивилизованные. Но как назвать то, что ты подкладываешь своих мальчиков в супружескую постель? Милой шалостью?
- Ты такой горьячий, Севрус. Очьень, очьень горячий для англичьянина. Зрья ты нье захотьел быть со мнёй. Зрья. Тиграна жаль, но тьебя жальчье.
- Себя пожалей, Майлз. Если я узнаю, что мальчишка не сам додумался залезть в штаны Деймосу…
- Ты нье готов к войнье, Севрус. Давай забудьем? Можьешь прислять мне копченую голову Тиграна, я нье обижусь. Так делальи мои предки. Сделай и ты.
- Без тебя разберусь, что мне делать. Я жду сегодня в восемь.
- Окай. Забудьем?
- Скажу завтра.
- Жду. Прощьяй, Севрус. И дьержи своего мальчьика подальше от менья и моих учьеников.
- Не я «выкопал стюардессу», Майлз. Пеняй теперь на себя.
Мулат оскалился и отошел на шаг, поправив на себе ярко-красный саронг – национальную одежду своего народа.
- Ты пожальеешь, если не удовлетворишься Тиграном.
- Посмотрим. Пожалел бы мальчика. Если бы у тебя все выгорело, он бы оказался в постели с Деймосом, впавшим в бешенство.
- Обезьяны – нье льюди.
- Именно поэтому я тогда не принял твое предложение, сын вождя. Ты и сам не человек.
Майлз усмехнулся и развернулся к нему спиной, давая понять, что разговор окончен.
- Что будешь делать? – спросил у Северуса Деймос, когда они отошли на достаточное расстояние.
- Не знаю. Мальчишка – пешка, которой этот… недоумок, не задумываясь, пожертвовал.
- Как знакомо, - Блэк обнял Северуса, и они снова направились в лекторий. Слушания должны были продолжиться и после ужина.
- И не говори, Дейм. Терпеть не могу эдаких местных божков.
- Так что с мальчишкой?
- Этот… Тигран – вира, Дейм. В Африке до сих пор существует рабство, нам подарили этого неведомого обольстителя, как вещь. Назад его не примут. Убивать обезьяну не за что, и с точки зрения Майлза, он оплатил неудачное покушение на тебя чужой жизнью.
- То есть, у тебя появился ученик?
Северус скривился, но ответил:
- Похоже на то. Причем настолько безрассудный, что посмел пустить слюни на моего супруга.
- С чего ты взял?
Северус вздохнул.
- Потому что приворотное, которое было использовано, делит страсть подливающего его на двоих. То есть ты должен был почувствовать влечение к этому… Тиграну. Что, согласись, было бы невозможно, если бы он был к тебе равнодушен.
- Ммм… и что теперь?
- Поживем – увидим.
