Одним из немногих регионалов, откликнувшихся на конституционные инициативы правительства, был Берия, который в своей статье в «Правде» еще летом 1936 года бухнул со всей прямотой старого чекиста: «Нет сомнения, что попытки использовать новую конституцию в своих контрреволюционных целях будут делать и все заядлые враги советской власти, в первую очередь из числа разгромленных групп троцкистов-зиновьевцев». Впрочем, это и так само собой разумелось. Какой-нибудь несмирившийся бывший кулак не станет собирать организацию, выдвигать кандидата или баллотироваться в депутаты — он скорей амбар подожжет в порядке борьбы или сунет гвоздь в станок. Чтобы использовать демократические методы, надо знать, как это делается. И уж это-то оппозиционеры знали превосходно, политический опыт у них был — будь здоров!
Поэтому если какие репрессии и можно расценивать как «предвыборные» — так это демонстративную расправу с оппозицией, особенно два первых «московских» процесса. По крайней мере, предвыборная составляющая в их организации должна была присутствовать. «Региональные бароны» эту расправу бурно приветствовали и восприняли как свое кровное дело. Перед выборами ли, или по какой другой причине, но мочить кого-то — это им было близко. Тем более что у «кровью умытых» от резкого «замирения» всех со всеми попросту росло внутреннее психологическое напряжение, которое теперь можно было выплеснуть привычным путем.
Из интервью Ю. Жукова:
«…Чем реальнее и ближе становилась перспектива того, что страна станет жить по новой Конституции, тем громче первые секретари кричали о существовании широких заговоров троцкистов и зиновьевцев на их территориях, которые, дескать, могут сорвать выборы в Верховный Совет. Единственный способ предотвратить такую угрозу — развернуть репрессии против них. Даже по стенограмме (февральско-мартовского пленума. — Е. П.) видно: и Сталин, и Жданов, и Молотов настойчиво говорили о необходимости перестройки системы управления, подготовки выборов в парторганизациях, подчеркивая, что до сих пор там подлинных выборов не проводилось, была только кооптация. А им в ответ — даешь репрессии! Сталин им уже прямым текстом говорит: если такой-то товарищ — член ЦК, то он считает, что знает все, если он нарком, тоже уверен, что знает все. Но так не пойдет, товарищи, нам всем надо переучиваться. И даже идет на явную хитрость, обращаясь к первым секретарям: подготовьте себе двух хороших заместителей, а сами приезжайте на переподготовку в Москву. Но те не лыком шиты, соображают: это один из легальных способов убрать человека с занимаемой должности.
— Странно: все это происходило уже после одобрения новой Конституции, которую 5 декабря 1936 года принял Всесоюзный съезд Советов и демократические достоинства которой уже отметил весь мир. А всего через два месяца борьба вспыхнула с новой силой. В чем дело: приняли "не ту Конституцию"?
