- Идём, девочка моя, - обратилась Эльвира к Кэтрин, а вышедшему слуге приказала:
- Пошлите немедленно за доктором и скорее!
Тот умчался, тоже наполнившись переживанием за хозяйку, а Эльвира повела рыдающую Кэтрин в гостиную, где помогла сесть на мягкий диван.
- Алекс погиб? - с трудом вопросила Кэтрин через слёзы, уставившись на вставшего на пороге Густава.
- Нет, что ты, милая, - теряла Эльвира голос от страха, что почувствовала, и тоже оглянулась на стоящего в дверях.
- Нет, всё будет хорошо, уверен. Там недалеко гвардейцы, и они обязаны остановить дуэль.
- Да, - кивала Эльвира, тоже наполнившись этой уверенностью. - Ведь дуэли запрещены! Всё будет хорошо! Он вот-вот вернётся. Давай в спальню пойдём, ляжешь? Доктор вот-вот осмотрит.
- А если погиб? А если опоздали? - плакала в панике Кэтрин, и Эльвира заключила её в крепкие материнские объятия:
- Нет, девочка наша, нет. Такая любовь не может вот так вот закончиться трагедией...
Ей удалось уговорить Кэтрин уйти отдыхать. Она ещё долго оставалась подле неё: пока ждали врача, пока тот потом осматривал... Когда Кэтрин удалось успокоить и она уснула, доктор ушёл. Эльвира зашторила окна и погладила Кэтрин по голове.
Взяв с ночного столика подсвечник с горевшей свечой, она ещё немного постояла, жалостливо наблюдая, как Кэтрин тревожно спит, и покачала головой. Только развернулась уйти, как увидела стоящего у открытой двери Густава.
Он молча дождался, когда она выйдет в коридор, и Эльвира, осторожно закрывая дверь, спросила:
- А Вы?... Кто Вы?
- Я? - удивился Густав, снова разглядывая её красивые черты лица, а странное волнение заставляло теряться. - Кто я?... Никто... Друг...
- Где же Алекс? - переживала Эльвира. - Уж почти два часа прошло.
- Он приедет, я уверен. Он справится, - тихо сказал Густав, желая успокоить.
- Что за дуэль? - нахмурилась Эльвира.
- Защищает честь. А Вы? - задрожал его голос, выдавая неровное дыхание. - Вы...
- Мать Алекса, - последовал ответ, поразивший его:
- Мать?! Не может быть. Вы слишком молоды!
- Я была слишком молода, когда родила его, - смущённо улыбнулась она.
Эльвира медленно отправилась спускаться вниз, а Густав, следуя за нею, снова удивился:
- И всю жизнь оставались с жестоким человеком... Да, я слышал... кратко... от Вашего сына...
- Я любила, - ответила она.
Спустившись в холл, они прошли в гостиную, где, сев в кресла у окна, молчали, пока слуга подавал им чай. Когда он ушёл, Густав спросил:
- Долго? Долго любили?
- Он отец моих сыновей, - тепло улыбнулась Эльвира.
- Да, я знаю...
Генрих не закончил речь, желая сказать больше, познакомиться ближе, но отвлёкся на движение за окном. Он увидел, как за воротами у дороги, чуть в стороне, остановилась повозка. Сидевшая в ней девушка спрыгнула на землю и побежала по протоптанной снежной тропинке за воротами к замку, чтобы войти в него с другого входа.
Оглянувшись на окно, Эльвира поняла, что отвлекло собеседника:
- Ах, это Лус. Неугомонная дочь нашего слуги Бернарда. Видать, опять куда-то уходила без спроса.
Густав поднял удивлённо бровь:
- Разрешите с нею поговорить?
Эльвира сразу догадалась, что происходит что-то важное, и позвонила в колокольчик со стола, за которым сидели...
- Лус, - кивнул Густав, когда вызванная молодая служанка сидела перед ним и Эльвирой. - Вы... Я видел Вас в окне дома напротив стекольной лавки.
- Могли ошибиться, - еле слышно молвила та, а взгляд, как пришла, так и не поднимала.
Густав проигнорировал и её реакцию, и ответ. Он сразу задал следующий вопрос, не обратив внимания и на с удивлением наблюдающую за ними Эльвиру:
- Вы подглядывали за нами. В данном случае, следили за хозяевами... Вспомнили? Из окна дома напротив. Вместе с некоей подругой.
Лус молчала и смотрела вниз. Что творилось в голове и о чём думала — не показывала. Эльвира с предчувствием тревоги сразу предложила:
- Давайте позовём Бернарда. Он наверняка сможет помочь. Это же его дочь.
- Позовите, - согласился Густав.
Воцарилась тишина совсем не надолго. Никто не сказал ни слова, пока взволнованный, но не смеющий сделать и шага от порога Бернард не пришёл. Он явно был где-то недалеко и, возможно, уже слышал беседу...
- Прошу, - указал подозревающий то Густав на стул рядом, чтобы Бернард сел именно туда. - Вам известно, где была сегодня Ваша дочь?
- Лус, - прошептал он.
Шаг был несмелым. Взгляд часто обращался к дочери, но она молчала и не реагировала. Сев на указанный стул, Бернард встретился с вопросительным взглядом Густава.
- Я не знаю, - снова прошептал Бернард.
Густав обратился к Лус и продолжил напоминать о встрече днём:
- Я видел повозку, в которую Вы садились, чтобы скрыться скорее с места, где завязалась дуэль. У лавки Пьера... Вы в повозке с тем же самым господином вернулись сюда. Так зачем следили? И кто та подруга, промелькнувшая в окне?
Лус сорвалась с места. Она убегала так быстро, как могла, полная желания скрыться. Густав бросился следом. Уверенный, что вот-вот на все вопросы будут ответы, он догонял её... Только, как только Лус выбежала за ворота и направилась к лесу, след был потерян.
