- Ясно. Кагетора, наконец, явился. Проклятые Яша-шуу Кэнсина действительно начинают прилагать все силы, чтобы сокрушить Ями Сенгоку, - бормотал он, поглаживая красивую глянцевитую черную голову и шею птицы. - Если это и вправду то, что ты планируешь, Кагетора, я не останусь в стороне. Готовься поставить на кон свою жизнь.
Со словами “Хорошая работа” Косака подбросил ворона ввысь. Черные крылья отчетливо мелькнули на фоне ясных летних небес. Ветер пошевелил ветви деревьев.
И вдруг обычная загадочно-обаятельная улыбка Косаки исчезла, будто маску сняли с лица.
- Чтобы сразиться с Одой, Кагетора должен вернуть свои воспоминания… Прости меня, Наоэ.
Он повернулся на каблуках.
Голуби у его ног одновременно взмыли в небо.
- Эй, леди, ты как? - спросил Такая, стоя на длинной платформе перед станцией Сэндай (13).
Стоило им сойти с поезда, Аяко сразу же почувствовала себя нехорошо, и лицо ее бледнело все больше по мере того, как они шагали по платформе. Такая даже заволновался.
- Нормально, нормально, - отмахнулась Аяко и присела на ближайшую скамейку. - Ну и аура тут… Что за чертовщина в этом городе творится?
- Что, в самом деле так плохо?
- Счастливчик… Ты, наверное, безотчетно от этого отгораживаешься, - простонала девушка, потирая лоб. - В городе плохая аура… Вряд ли здесь всегда так было.
- ? Это призраки виноваты?
- Может быть. Подобное излучение испускают призраки, полные ненависти. И такое ощущение, что тут негативных эмоций полным-полно…
- Ты правда в порядке?
- Ага… О… нам нужно в храм, который принадлежит одному знакомому Наоэ. Там и остановимся.
Глаза Такаи сузились:
- Храм! Ты хочешь меня в храм засунуть?
- Угу. Потому что там бесплатно.
Такая тоскливо посмотрел в чистое небо.
У него было плохое предчувствие…
Даже спящий, тигр мог чувствовать многое.
Дорога заняла четверть часа на такси. Храм находился на окраине, в некотором отдалении от городских кварталов, на воротах его висела табличка “Сингон-сю Дзико Храм”.
Такая обозрел площадку, почти полностью выложенную гравием.
- Аааа…
- Эй, братишка, сюда.
Они прошли ко входу в приемную и столкнулись с невысоким мужчиной в рабочей одежде - главным аббатом. В руках он держал бамбуковую метлу.
У Аяко вырвалось тихое “О!”.
- Добрый день. Давно вы приехали?
- Да нет, почти только что.
Аббат был пожилой, лет под семьдесят, и для своего возраста необычайно энергичный. Аяко он, видимо, уже знал.
- Долгое путешествие вас, должно быть, утомило. Прошу, входите.
- Мы вам очень благодарны.
Аяко блистала вежливостью изо всех сил, зато Такая, по обыкновению, даже не подумал хотя бы улыбнуться. Именно сейчас аббат его и заметил.
- Ага…
Глаза аббата сверкнули. У Такаи была неприятная привычка в первую встречу впиваться в людей пристальным взглядом, так что обычно парень сразу производил плохое впечатление… вот и теперь он смотрел на аббата со всей свирепостью бездомного пса.
- Значит, это про тебя мне Есиаки рассказывал.
- Эй, эй, Кагетора…!
Аяко чувствительно его пихнула.
- Ай! Какого черта!
- Этот человек нам помогает, так веди себя прилично! Где твои манеры?
Такая неохотно опустил голову в знак извинения, однако взгляда не отвел. Но аббат, как не странно, его непослушанием скорее восхитился.
- Немного сдержанности - и из этого взгляда может выйти толк.
- П-прошу прощения, - заторопилась Аяко. - Он такой невоспитанный… Кагетора! Это Кокурё-сан. А ну-ка скажи “очень приятно”!
- Да хватит на меня бурчать!
- Что ты сказал?!
Кокурё сердечно рассмеялся:
- Ну хорошо, хорошо. Проходите, пожалуйста. Сюда. Вы уже обедали? Позвольте угостить вас чаем.
- Спасибо…
Аяко укоризненно покосилась на Такаю.
На полу гостиной лежали татами, по стенам висели календари и бумажные фонарики. Удивительно, но, ощущая здесь жизнь, Такая чувствовал себя все более неопытным.
- Хватит перед ним приседать. Это отвратительно.
- Ты еще не знаешь, а Кокурё-сан, между прочим, очень упрямый и бывает страшен, если довести.
“Упрям и страшен, ха…” - Такая сделал скучное лицо.
Исходя из услышанного, Кокурё являлся давним знакомым семейства Татибана, семьи Наоэ, которые содержали храм, принадлежащий к той же секте Сингон. Следовательно, аббат был одним из старых друзей Наоэ Нобуцуны… Татибаны Есиаки… и, похоже, знал кое-что о его истинной сущности.
А еще он два года назад помогал Аяко истреблять онре.
“Скукота…” - Такая нахмурился.
Скользнула в сторону бумажная дверь, и появился Кокурё.
- Вещи я оставил в ваших комнатах. Пожалуйста, отдохните пока. Думаю, если вы немного здесь задержитесь, ничего страшного не произойдет.
Аяко низко склонила голову над чашкой ячменного чая. Кокурё, хихикнув, сел перед ними.
- Молодой монах, как твое имя?
- Это вы монах, дедуля, - брови Такаи раздраженно сошлись на переносице.
- Хмм, в общем-то, ты прав. Но я не “дедуля”, меня зовут Кокурё Кейноске. А тебя?
- …Оги Такая.
- Ясно, - Кокуре преувеличенно весело хмыкнул. - У тебя чудесное имя.
Такая насупился сильнее: на колкости или насмешки он реагировал куда болезненнее большинства людей. Однако Кокурё явно делал это не преднамеренно.
