— Дальше формула: время равно расстоянию, пройденному от точки или к точке отсчета, помноженному нa коэффициент. А он сам меняет значение; от, плюс единицы, до минус единицы, в зависимости от направления движения. В нашем случае он равен минус единице.
— Значит, по отношению к кораблю мы сейчас провалились в прошлое, а если попытаемся вернуться, то окажемся в будущем.
— Верно. И насколько мы уйдем в будущее, будет зависеть от того, какое расстояние мы пройдем туда и обратно.
— Да, влипли. Интересно, куда нас занесло?
— Дождемся ночи и определимся.
— Думаешь, ночь тут будет?
— Я прикинул, минут сорок темноты обеспечено.
— Тогда я пойду подремлю.
Бен перебрался в бытовой отсек и минут через пять оттуда раздался раскатистый храп. Алексей, обладавший далеко не такой стабильной нервной системой, только пожал плечами.
Командир сидел задумавшись в ходовой рубке, когда к нему заглянул Марков:
— Рудольф, я кажется вспомнил, где видел подобное.
Командир оглянулся: — Заходите, Аркадий.
Марков протиснулся в рубку и заполнил собою огромное объемистое кресло:
— Это было лет двадцать назад. В то время начались эксперименты с гиперпространственными кораблями-автоматами. В момент перехода изображение на всех контрольных экранах так же покачивалось. Это объяснялось большим напряжением гравитационного поля. Оно искажало световые лучи. Но я о другом. Эксперименты пришлось прекратить. Ни один корабль не вернулся назад. Тогда не знали, в чем дело. Только через десять лет выяснилось, почему они не вернулись. Харламов разработал подробную теорию гиперперехода, из которой, как следствие, вытекало, что переход происходит не только во времени, но и в пространстве. А первые корабли были нацелены на самое большое расстояние, которое мы могли достигнуть в то время: что-то около ста пятидесяти световых лет. Значит, вернуться они должны были только через триста лет. Тик далеко ушли они в будущее. Возможно, и эта дорога только в одну сторону, только вперед, в будущее. Обратной дороги нет.
— Да-а-а. Что будем делать, Аркадий?
— Решать вам, Рудольф. Мы ничем им не можем помочь. Если им очень повезет, то они встретятся с создателями этой системы.
— Вы имеете в виду дорогу?
— Да, то что мы называем дорогой.
В продолжение этого разговора, в рубку один за другим заходили члены экипажа, и вскоре все оказались в сборе.
Вперед протиснулся Володька: — Товарищ командир, а кто строил эту дорогу?
— Разум, Володенька, Разум.
Больше никто ничего не спросил. Все застыли в молчании. И непонятно было, то ли экипаж прощается с исчезнувшими в неведомом товарищами, то ли приветствует высокий и непостижимый пока Разум.
Негодование Алексея наконец угасло, и он тоже задремал. Но ненадолго, покоя ему не было и во сне. Он заворочался и проснулся. Посмотрел на заходящее солнце, присвистнул и полез будить Бена. Раздалось недовольное бурчание:
— Ну, что там?
— Солнце заходит.
— Будем определяться?
— Попробуем.
— А я посмотрю краулер, нужно проверить все агрегаты. Помощи-то ждать неоткуда.
— Хорошо.
Бен скрылся в реакторном отсеке.
Алексей занялся киберштурманом.
Кибер был предназначен для планетной навигации, и заставить его служить для других целей было нелегкой задачей.
Предстояло перемонтировать схему.
На это ушло немало времени.
Наконец, Алексей закрыл крышку блока и осмотрелся.
Второе солнце скатилось за горизонт и вокруг, стремительно густея, разливалась тьма.
Появился Бен и устроился на своем месте:
— Ну, что у тебя?
— Все готово.
— У меня тоже.
— Как реактор?
— В полном порядке. Без перезарядки продержит год, а там как получится.
— А остальное?
— Примерно так же.
— Значит, порядок. Если не сдохнем от голода.
— Таблеток и концентратов нам на две жизни хватит.
— Тогда начнем.
Из гнезда выплыл последний из двух телезондов и повис над краулером.
Поворачиваясь, он стал отыскивать на небосводе ориентиры и, наконец, застыл.
В киберштурман начала поступать информация.
Но вот раздался звонок, и на колени Алексею сползла лента с трехмерными координатами.
На экране высветились созвездия с отметкой местонахождения краулера.
Взглянув на ленту и на экран, Алексей присвистнул: — Ого, десять лет.
— В каком направлении?
— Увы, еще дальше от Земли. Мы продвинулись в направлении ядра галактики.
— Но для чего эта дорога, куда она может вести?
— Скорее всего, к центру галактики и, соответственно, к. центру цивилизации.
— Но ведь дороги, обычно, начинаются в центре и ведут к периферии. Цивилизация должна расширяться, осваивать новые пространства.
— А может, она и идет от центра, просто мы движемся в противоположном направлении.
— Может, может. А может, они вообще из соседней галактики? Свою освоили и движутся к центру ближайшей?
— А почему ты думаешь, что они из соседней?
— Подумай сам. Дороги идут от центра, и если они из нашей галактики, то они нас давно бы нашли. Ведь дорога проходит в каких-то пяти световых годах от Солнечной системы, и радиошум от нашей Цивилизации давно бы уже засекли.
— Пожалуй, ты прав. Ну а если нет в центре цивилизации, тогда как? Ведь, они исчезнут во времени. Обратной дороги в свое время нет.
