Как это вообще делается?
То, что у меня получалось что-то случайно поджечь, это ведь совсем не то же самое, правда?
А еще этот пристальный внимательный взгляд Алвара, отчего щеки моментально загорелись румянцем, а в груди зажглось давно позабытое чувство неловкости.
Которое лишь усилилось, когда я почувствовала как мощная фигура герцога встала за моей спиной. Его ладони легли мне на плечи и я услышала:
- Магия начинается не из рук, не из сердца, кто бы что ни говорил, а из головы.
Большие пальцы Алвара обхватили мою шею и легли на ямочку между позвонками. Жар прилил к щекам, такой сильный, что захотелось сбросить тяжеленную дубленку, чтобы охладиться. Я замерла, почти не дыша. И вдруг почувствовала, как по моей спине пронеслась волна энергии, тут же развеявшись.
- Эмоции - вот сила мага, - продолжал говорить Алвар, массируя подушечками пальцев мою шею. - Внешне мы кажемся сдержанными и безэмоциональными.
- Как черствый сухарь, - подтвердила я и тут же пожалела об этом. Мой голос звучал хрипло и надсадно.
До меня донесся короткий смешок, который исчез под шорохом снега. Словно какое-то божество разрезало тучу и оттуда хлынула белая завеса, мгновенно отрезая нас от внешнего мира.
- Да… Тот самый дурацкий самоконтроль. Когда внутри ревет торнадо, вздымается девятый вал или горит лесной пожар. А на самом деле тебя сводит с ума потребность касаться… чувствовать… целовать.
Я почувствовала себя как тот хворост, который собирала пару часов назад. А его слова, как та искра - подожгли
Зачем он это все говорит? И трогает… так?
По мне снова пробежала волна. Намного-намного сильнее. Но в этот раз не исчезла. Она звенела в ушах, гудела под кожей, требовала выхода.
- И самое сложное: превратить наводнение в ручей. Выпустить именно столько, сколько нужно, а остальное оставить за плотиной. А после раз за разом учиться запускать эту цепную реакцию.
Закусив губу, я сосредоточилась. Кончики пальцев дрожали, их покалывало под натиском энергии. И если бы только это. Как никогда остро я ощущала мужчину, который стоял за моей спиной. Его запах, жар его мощного тренированного тела, его красивые сильные пальцы на моих плечах.
Сила вновь рванулась. Слишком большая, огромная, как… как расплавленное стекло в тысячетонной печи. Как раз такая когда была на моей работе. Да, это много. Но если я хочу создать маленькую хрустальную птичку, мне нужно взять материала пару грамм, а не залиться количеством, которого хватит, чтобы застеклить торговый центр размером в двадцать футбольных полей.
Не знаю, почему именно это я представила в своей голове, но тут же все стало привычным и логичным.
Что ж, если все дело в этом, то мне нужно всего лишь придумать систему дозирования.
Сосредоточившись, я выдохнула, одновременно с этим отпуская совсем небольшое количество стекломассы… кхм, то есть энергии, и тут же мысленно “закрыла” заслонку.
Одновременно я почувствовала, как рукам сделалось тепло, даже горячо. Открыла глаза.
В моих ладонях плескался огонь.
Я подскочила на ноги, все еще баюкая в ладонях огненный камень, который теперь горел ровным оранжевым светом.
- Получилось!
- Да ты талант, - усмехнулся Алвар, рассматривая меня так пристально, что я невольно подалась к нему.
Чистая эйфория охватила меня от кончиков пальцев. Я - молодец! И не просто молодец, а талант! И звучит-то как приятно!
Невероятными я всегда считала красоток с осиной талией, которые умели петь, рисовать, разбирались в вине и в брендах. А кто я? Стеклодув седьмого разряда, с образованием ГПТУ. Или как с насмешкой говорили мои однокурсники “Господи, помоги тупому устроиться”.
И вот, вдруг самый потрясающий мужчина, которого я когда либо знала в том или этом мире, говорит, что это я - невероятная.
Огонь в моих руках погас, а я все еще улыбалась как счастливая дурочка.
- Спасибо. Это ты - хороший учитель.
Я вновь подняла глаза, встречаясь взглядом с Алваром, и замерла, задерживая дыхание.
Он смотрел на мои губы с таким… голодом. Словно едва сдерживался. Словно это он только что удерживал всю мощь тысячетонной расплавленной массы. Прямо сейчас.
Его ладонь вдруг легла на мою талию, лишая возможности сбежать. Да я никуда и не собиралась.
- Проклятье, - пробормотал он с хрипотцой в голосе. - Это плохая идея.
- Ужасная… - согласилась я, невольно проводя языком по нижней губе.
Ну же! Поцелуй уже меня, черт бы тебя побрал! Я хочу этого прямо сейчас.
Снежная шапка, не выдержав тяжести сугроба, съехала по сосновой ветке, падая с глухим шлепком на крышу утеса.
Алвар отстранился, разжимая объятия.
- Слишком поздно, - его слова были отрывисты, точно звучали через силу. - Тебе надо отдохнуть. Завтра вылетаем на рассвете.
- Да, Ваша Светлость. Как скажете.
- Да у тебя дым вместо мозга!
- Что-о-о?! А ты… ты дохлая горелая спичка!
- Да ты на себя посмотри! Огарок с подтеками! Светишь, как гнилушка!
- Ха! Да в курином бульончике больше жара, чем от тебя!
- Заткнись, сопливый факел! Шипеть и булькать - это все что ты можешь?
